– Она тоже жёлтая? – спросил Элни.
– А у нас по-другому бы и не получилось, папа с мамой же из одной марту.
– А как у вас это? Ну, если рыжий с жёлтым там, или тоже нельзя? – спросила я, а фирь согласно покивал, показывая, что тоже хотел узнать, но спросить постеснялся.
– Да обычно. Между собой хоть серый с красным – всё едино, – ответила тигрица. – Мы ж не люди, у нас порода по-особому передаётся. Если рыжий женится на серой, то и тигрята у них будут либо серые, либо рыжие. У меня мама с папой оба жёлтые, а вот у принца нынешнего мать тоже из нашего марту была – солнечная Анэя.
– Красивое имя, – задумчиво сказала я.
– Она и сама красавицей была! – охотно подтвердила Асфири, – Я в детстве хотела как она стать. Правда, потом передумала, она спокойная слишком была, а мне тесно.
Мы с фирем засмеялись, а подруга продолжила рассказывать:
– Дальше идут снежные. Белые. И это… – у Ас аж костяшки на кулаках побелели! – Умники это! Колдуны. Вот, – она встряхнулась и уже спокойнее продолжила: – Белых у нас двое всего. Дядька Рэйдвар отправился к Море, когда я мелкая совсем была, а Хартхор сейчас где-то в Нелита шатается. Был придворным у нас до этого, но потом сбежал, и только вестников принцу шлёт иногда. Эбайдин бесится, но поди поймай этого хвоста!
Асфири уважительно хихикнула, а я поджала губы, признавая, что дядька хорош. Но получается, что чем-то её белые злят, а раз это не эти двое, то…
– Сейчас у нас Натор придворный, – сказала Асфири, и я тут же поняла, что именно он и является тем самым, из-за чего не ладится у неё с белыми. – Они маги все, правда, с Орденом вашим почти не сношаются, у нас своя магия тигриная…
– Ты бы хотела стать магом? – осторожно спросила я у подруги, но та совершенно искренне помотала головой:
– Нет, куда мне? Мне и без этого мозгодробилки хватит дома! Ещё под Эбайдином ходить, на каждый чих его советы давать!
– А Эбайдин, это кто? – спросил Элни.
– Эбайдин – это Владыка наш нынешний. Вернее принц, он сам так решил называться. Но дайте я уже по порядку, а то запутаюсь! Слушайте дальше. Пятая марту – это красные, они же кровавые тигры. И вот если белых этих и так горстка без хвостика, то красный у нас всегда один.
– Один?
– Ну, почти всегда, пока время не пришло. Двое их только когда наследник рождается. Правда, недолго это длится. Наследник вырастает и сменяет Владыку. Так вот и идут века. Красные у нас самые долгожители. Папка Эбайдина до этого века четыре прожил! Я даже точно не знаю. Дряхлый был! Но хороший.
– А как… – я замялась. – А как у Владыки? Ну, если у него родится какой-то другой ребёнок? Не красный?