Ребята, встревоженные его приземлением, побежали к нему. Помогли сесть, проверяя, целы ли кости. Похоже, что целы. Повезло парню.
— С приземлением продумай получше, — заметил высокий угловатый шатен. — Этак шваркнешься — костей не соберешь!
— Ярик, поработай еще над тем, чтобы сапоги сами меняли размер. Надо больший — увеличивались. Надо меньший — уменьшались, — подал идею Митя.
— Хорошая мысль, Митяй!
— Дельная!
— И правда, Ярик. Так намного удобнее было бы, — раздалось с разных сторон.
Паренек почесал затылок.
— Подумаю, — согласился. — Пожалуй, можно попробовать. Ну что, кто следующий? Есть желающие?
— Я хочу! — услышал я свой голос раньше, чем здравый смысл успел вмешаться. — Меня Даниэлем зовут.
Два десятка пар глаз уставились на меня, будто только что увидели.
— Митька, — подал руку увалень.
— Ярик — протянул сапоги парнишка.
— Полина, — улыбнулась красавица.
Сомнений не было. Правильно — не правильно, решу потом. Усевшись на траву, я натянул сапоги. Главное, чтобы не свалились с ног.
Шаг. Ветер загудел в ушах. Засвистел, оглушая шумом прибоя. Глаза заслезились. Кожу обожгло. В голове пусто.
Второй. Тело, как снаряд, набирало скорость. Прикоснулся к потоку ветра. Так вот как его чувствуют птицы. Странное ощущение устойчивости.
Третий. Ловлю ветер. Пропасти под ногами нет. Под ногами — лес. Парю. А в руках — свобода. Луг в густой траве несется навстречу. Снижаюсь. Стремительно приближается земля.
Особенно остро это ощутил при приземлении, кубарем прокатившись по сырой от росы траве.
Митя подбежал, подал руку:
— Даня, жив? — смотрит пристально, с тревогой.
— Живой, — поднялся, отряхнулся.
— Ну, ты молоток! — облегченно выдохнул парень, видя, что я в полном порядке. Правильно сгруппировался и всего-то. — Ярик, сапоги забери на доработку. Приземление доводи до ума.
— Построение, молодежь, — голос тренера внес ясность в хаос реплик и эмоций.
Внимательные серые глаза остановились поочередно на мне, Хальгоре и Терниресе, вставших в общую шеренгу. — Все, что вы делаете сейчас, выплескивается наружу и затрагивает всех. Только вы решаете, несет ваше действие боль или свободу. Новенькие, шаг вперед, имя?
***
АРИНА
До завтрака оставалось почти два часа и я, прихватив в лаборатории одну из коробок с теперь уже легендарным чаем, пошла на кухню.
Рассказала поварам свою задумку, попросила у них три больших самовара. Мне вынесли их на улицу.
Разожгла сухие лучины и в топочных камерах самоваров запалила бересту. По одной добавила к ней шишки. Вкусно запахло костром и еловой смолой.
Отворачиваясь от дыма, одну за другой приладила к самоварам трубы.