У меня точно жар. Выхожу из кухни, вспоминая, есть ли у меня в аптечке термометр, как натыкаюсь сразу на двух Ник, которые выходят ко мне из своих комнат.
— Папа!!!
— Глеб!!!
Синхронно выкрикивают девушки, выпучив на меня глаза.
— Что такое? Вы чудовище увидели? — усмехаюсь я, не подозревая, насколько близок к истине в данный момент.
— Это же кошмар просто! — игнорируя мой вопрос и не сводя с меня глаз, проговаривает дочь.
— Ты же говорил, что точно болел!? — подхватывает Николь, и я начинаю понимать, что происходит.
Зеркало в прихожей являет просто ужасающую картину — всё лицо и грудь покрыты красными пятнами. В голове, под волосами, тоже целая россыпь волдырей.
— Но как это возможно? — не веря собственным глазам, продолжаю осматривать своё отражение. — Я же хорошо помню, что болел. У меня, правда, было всего несколько прыщиков, но врач сказала, что такое бывает. У меня даже в карточке записано, что ветрянка была.
— У тебя еще и температура, похоже, — говорит Николь, прикладывая ладонь к моему лбу. — Ложись, я принесу тебе термометр.
— И как я теперь на работу поеду? — сам не знаю, у кого спрашиваю. — Такого Квазимодо вряд ли будут рады видеть мои подчиненные…
— Придется работать дистанционно, — говорит Николь. — Я могу съездить в ресторан и привезти тебе всё, что нужно.
— Придётся… — соглашаюсь со вздохом и плетусь к себе в комнату.
Одно радует — Альбина уж точно теперь не вернется раньше, чем через две недели.
Николь
Я долго не могла уснуть после нашего первого свидания с Глебом. Меня раздирали двоякие чувства. С одной стороны, я еще больше влюбилась в этого мужчину; он много рассказывал о семье, о том, как жалеет, что был плохим отцом для Вероники. Мне очень отозвались его чувства, хотелось бы, чтобы отец моей дочери понял это раньше, не дожидаясь, когда Диане исполнится восемнадцать…
Было так хорошо, когда мы целовались на пустынной набережной, я была полностью погружена в момент нашего единения, и не хотелось, чтобы это когда-нибудь прекращалось. Но у меня в жизни ничто хорошее не длится долго. В душе стала непонятно откуда зарождаться тревога. Сначала я подумала, что это включилась моя мнительность, и я просто себя накручиваю. Но уже через полчаса случайно обернувшись во время прогулки, я наткнулась на те же пронзительные черные глаза.
Внутри будто что-то оборвалось. Что этот человек делает здесь? Неужели он следит за мной? Но с какой целью?
Глеб почувствовал мою нервозность и стал снова мучать расспросами. Но что я могу ему рассказать? Что мне кажется, что меня кто-то преследует? Это уже диагноз, если что. И я попросила поехать домой.