Механизм после крушения развалился на отдельные деревянные части, я признала в нем какую-то зубчатую передачу, напомнившую мне разве что мультфильм про механизмы Архимеда. В целом понятно, а вот конкретно никаких странных вставок блестящих камней, металлических конструкций неизвестного назначения или чего-то подобного тут не было. Так же я обследовала надломившуюся мачту, проследила все веревки, наконец, дошла до сети.
При прикосновении к сплетенным веревкам меня слегка перекосило от воспоминаний. Да уж, не самый приятный момент в моей жизни, предпочла бы никогда больше подобного не переживать. Но веревки, на мой взгляд, были самыми обычными, подозрения вызвали только утяжелители. К нижней части сети крепились эдакие тяжеленькие бублики, сквозь которые была продета веревка, чтобы собрать улов. Я не знаю, из чего они были сделаны, то ли из камня, то ли из глины, но визуально они были похожи и по форме и по весу — было удивительно думать, что такое можно выточить из камня с их технологиями просто для рыбалки. Я скорее бы предположила обожжённую глину с какими-то добавками. С другой стороны, у них же магия, все возможно.
Никаких таинственных рисунков, рун или подобного на камнях не было, рядом с сетью моя магия работала исправно. Я вздохнула, огляделась по сторонам, вздохнула еще раз. Выяснить, оно это или не оно, можно было только одним способом, но это было рисково. Впрочем, не слишком, ведь людей-то в округе нет, так что можно пойти на эксперимент.
Я аккуратно подняла часть сети и запустила в нее волну. Водяная магия, запущенная извне, работала исправно. Теперь пункт два. Я закусила губу, но все же заставила себя нырнуть внутрь сети, подобрала хвост, чтобы оказаться полностью внутри, и только после попробовала вновь.
Магия работала.
То есть сама сеть и ее части, а так же корабль или не замагичены, или эта магия уже сломалась. Или срок ее действия просто кончился, ведь прошло несколько дней.
Меня вдруг обдало эмоцией возмущения и неодобрения. Я резко обернулась и увидела перед собой Кракена. Ему не хватало только закатанных к небу глаз и сложенных на груди щупалец, чтобы являть собой образ родителя, укоряющего свое дитя в безрассудстве.
Я дернулась, и чуть не упала, запутавшись в сети. Он попытался помочь едва ли не всеми щупальцами одновременно, с трудом удалось донести до него, что он делает только хуже и больше все запутывает. Только когда он убрал, наконец, лишние конечности, я смогла найти выход из сетчатого мешка и спокойно поплыть рядом.
«Опять поплывешь смотреть за врагами?» — спросил он недовольно, следуя за мной.