– А зачем ему такой дом? – спросила я. Не то, чтобы мне было это очень интересно, просто разговор позволял хоть как-то унять дребезжащие нервы.
– Ну так чтобы от жены прятаться, – усмехнулась подруга.
Я посмотрела на нее с удивлением. Та в ответ выставила вперед ладони в защитном жесте.
– Не смотри на меня так! Я что, виновата, что всех нормальных мужиков разобрали еще щенками?
– Да я ничего, – передернула в ответ плечами. – Просто ты ведь замуж хотела….
– И хочу! Но пока мне и с ним неплохо.
– Ладно, – сказала я. – А он не нагрянет в этот дом неожиданно? А там буду я….
– Предоставь эти заботы мне, – отмахнулась Лиля. – Вон, смотри, наше такси приехало.
Садясь в теплый салон, я решительно подавила очередные сомнения в правильности того, что делала. Назад дороги отныне не было.
– Илья! Илюш, просыпайся!
Б*я! Это что, голос Леры? Какого вообще черта я его слышу?
Я сел на постели и поморщился, когда в висках выстрелом прогремела боль. Бухать надо меньше, Родионов. А лучше – вообще завязать с этим ко всем чертям.
– Держи, тут аспирин и минералка, – произнесла жена, и я приоткрыл один глаз.
Лера не исчезла, как и стены нашего с ней дома, в который я приехал еще вчера вечером после того, как меня ошарашили сразу обе женщины. Пришлось искать утешения у третьей – бутылки коньяка.
– Спасибо, – прохрипел я, прикладываясь к животворящему Нарзану. Отпил сразу половину, покосился на аспирин. После коротких раздумий все же принял таблетку – ходить весь день с такой адской мигренью было выше моих сил. – А ты как вообще тут оказалась? – спросил у жены.
Помнил ведь, когда приехал сюда вчера, что Леры не было. И помнил как нажрался в хлам и лег спать в своем кабинете. Вон и проснулся вроде там, где упал. На диване.
– За вещами заехала, – подернула плечами жена. – Мы же разводимся с тобой как-никак. Буду жить отдельно.
– А! – только и сказал я и, с трудом поднявшись на ноги, отправился в душ.
Головная боль стала отступать, а вот туман в башке никуда не делся.
«Это неправда!» – звучал в памяти голос Лали, когда я сказал ей то, от чего у меня до сих пор мурашки по спине бегали. Что она пыталась продать нашу с ней дочь…
Нашу, черт бы все подрал! Рожденную от меня Лали! Которая знала, как я хочу отыскать мать Снежаны, и молчала все это время.
Когда я вышел из душа, Лера уже организовала кофе на кухне.
– Садись, Родионов, хочу с тобой кое-что обсудить.
Я мысленно чертыхнулся. С туманом в голове я был не особо активным собеседником, но раз уж Лера мне что-то хотела сказать, было глупым бегать от нее. Жена могла пролить свет на все случившееся, как сделала это вчера.