— Позвони сама, — Лера мимолетно коснулась моего плеча.
— Вдруг он занят. Я не хочу отрывать его от работы. Миша звонит мне вовремя обеда.
Лера кивнула, принимая мой ответ. Глубоко вздохнула и засунула телефон в сумочку. Всё. Даже если я буду гипнотизировать телефон взглядом, Мишка не позвонит. Может, он действительно занят сейчас. А я снова себя накручиваю.
— Ну что, куда пойдём с тобой? — улыбнулась я, отодвигая невеселые мысли на задний план.
— Мне джинсы чёрные купить нужно и жакет на работу. А потом можно в кинотеатр. Там мультфильм новый вышел. Не хочешь посмотреть?
— Я только всеми руками «за», — согласно кивнула.
В торговом центре мы провели больше пяти часов. Настроение после просмотра мультфильма было превосходным. Лерка потащила меня в кафе быстрого питания, где заказала целый поднос вредной еды. Я с удивлением наблюдала за тем, как девушка с поразительной быстротой съедает один бургер за другим. Учитывая её худощавое телосложение, не верилось, что такая хрупкая девушка может кушать в таком количестве. Я же съела только картошку фри и один бургер.
— Блин, уже домой пора, — девушка кинула быстрый взгляд на часы. — Скоро Нику спать укладывать нужно будет. Я тебя до дома подброшу.
— Я могу на автобусе доехать. Тут всего пара остановок, — возразила я.
— Тебе точно нормально будет? Ты не обидишься? — девушка виновато закусила губу и приподняла брови.
— На что обижаться-то? — я улыбнулась. — Я понимаю, что у тебя маленький ребёнок и ты по большей части строишь свой распорядок дня, опираясь на нужды Ники.
— Не все это понимают, — Лера грустно улыбнулась. — У меня и так с подругами всегда туго было, но после того, как я забеременела, исчезли те, с кем можно было раньше погулять. Пройтись по магазинам, сходить в кино или посидеть в кафе. Меня начали интересовать пеленки, памперсы и детские смеси, а моих подруг… В девятнадцать лет больше интересуют клубы, мальчики и социальные сети. Вся моя галерея заполнена фотографиями дочки, а их фотографиями с тусовок. И, как понимаешь, единственная тема, на которую я хотела и хочу разговаривать, это моя дочь. О том, как она растёт, какой звук сегодня издала, как улыбнулась. Постепенно все мои "подружки" окончательно отдалились от меня. А сейчас… сейчас я не хочу с ними общаться. Понимаю, что мы абсолютно разные. Я домашняя девочка, которая силой себя заставляла выходить из дома и ходить на вечеринки с однокурсниками, чтобы не выделяться из общей толпы.
— Почему ты не хотела выделяться из толпы? — тихо спросила я.
— Потому что с первого класса в школе я столкнулась с буллингом. Меня отдали слишком рано в школу. Я была самой младшей и самой щуплой в своём классе. Я и сейчас не слишком массивная, как видишь. А всё детство я была ужасно худой. В пять лет мне давали три.