— Касательно ужина, надеюсь, во время твоего отсутствия ты не растеряла навыки готовки? — вмешалась Кендра.
— Я не умирала с голоду, пока меня не было, не так ли? — В конце просто напрашивалось слово «засранка».
— Лапша быстрого приготовления не считается, — с нежной улыбкой возразила она.
— Я помню, как готовить, но уверена, что он привык к изысканной еде, а не то, что я могу приготовить на этой кухне.
— Можешь готовить на кухне главного дома, она под сильнейшей охраной, — возразила мама и подавила зевок.
— Есть ещё что-то, о чём мне стоит знать? — спросила я, нахмурившись.
— На прошлой неделе пропало несколько девушек. Мы не знаем мандраж ли это перед церемонией Вознесения, или же что-то происходит. Мы избегаем риска и не отдаляемся от ковена. В ковенах болтают о подозрительных событиях и о проблемах Гильдии. Пока у нас нет конкретных доказательств того, что эти девушки ушли по собственной воле, будем продолжать осторожничать.
Я моргнула, открыла и закрыла рот, покачав головой. Кто пропал? Почему никто даже не упомянул об этом? В сообщении, которое я получила от ковена, было сказано, что мне нужно возвращаться домой, коротко и ясно.
— Я так волновалась, и сама уже хотела ехать за тобой Магдалена. Уверена, старейшины предупредили тебя о возникших проблемах перед церемонией вознесения, — заявила мама.
— Нет, не предупредили. Просто написали приехать и больше ничего, — ответила я спокойным голосом, который удивил даже меня, потому что я далека от спокойствия.
— Об этом не очень хочется рассказывать, — утешительно произнесла Кендра и положила руку мне на плечо, чувствуя мою внутреннюю панику. В том, что мы близнецы, были скрытые преимущества — чувства, понимание того, почему другой поступил, так или иначе, и наш личный маленький секрет. В отличие от других, я могла чувствовать сестру. Будто часть её жила во мне и наоборот. Мама говорила, что это было потому, что мы однояйцевые, и ближе всех остальных близнецов в человеческом мире. Мне не хватало Кендры и её близости. Она единственная, кому мне не нужно ничего объяснять, потому что она всё чувствовала, так же как и я.
— Ведьмы не уезжают из дома, особенно учитывая, что церемония так скоро, — заметила я.
— Но ты уехала, — тихо возразила мама, и в её голосе слышалась горечь, которую она не смогла скрыть. Скорее всего, мне просто казалось, что мама не была против моего отъезда. Может я слышала от неё лишь то, что хотела.
— Я не перед церемонией уехала, и сожалею об этом. Но ни в одном из местных колледжей не было нужного, и сейчас мой отъезд уже не кажется такой плохой идеей. Я планирую спасти магазин, даже если придётся флиртовать с самим дьяволом, ради этого.