— Сука! Охренеть! — Выдохнул Макс.
— Он что, голый? — Василиска прищурилась и впилась взглядом в жреца, идущего впереди всей процессии. — Я, кажется, вижу его хер!
— Огромный хер! — Подтвердил шёпотом Макс.
— Ага! Я думала у Майки большой, а тут вообще монстр какой-то!
— Согласен! У этого упыря однозначно больше.
— Да, уж. Меня это немного беспокоит…
— Не Вас одну, Алина Николаевна. — Хмыкнула Васька. — Добро пожаловать в команду обеспокоенных…
— Нет, меня беспокоит, что вы все знаете размер члена Майка. — Задумчиво ответила учительница.
— А! Это? Просто был у нас забавный случай в школе, один умник решил подшутить и стянул исподтишка штаны с Майка. Вот мы всё и увидели.
— Фух! Я уже тут надумала себе… Но хер у дядьки и правда огромный, я таких никогда не видела.
— И это он ещё у него не встал! — Василиса задумчиво покачала головой.
— Поверь, не всегда член в эрегированном состоянии больше чем спокойном. — Заметила Алина Николаевна. — Иногда бывает такой маленький коротыш, а как встанет, диву даёшься. А большие, кстати, только становятся твёрже, размер почти не меняется.
— Да? — Нахмурилась Васька и бросила быстрый взгляд в мою сторону. — Ну ладно.
— А кроме хера вы никуда больше не смотрите? — Удивлённо заметил я. — На его морду, например?
— А что с ней не так?
— Ничего, кроме того, что это не лицо человека.
— Бля! Это голова вепря.
— Ага!
— Ух ты!
— Я так и знала! — Выдала заключение Василиска и покачала головой.
Жрец, скорее всего главный Жрец, выделялся среди остальных не только размером своего достоинства и маской вепря на лице. Это был двухметровый, тощий, бледный, словно его кожа никогда не видела солнца, мужчина. Каждое его ребро выделялось под тонкой кожей, живот был втянут, а кости таза торчали чересчур неестественно. Словно на скелет человека натянули кожу.
Складывалось впечатление, что член высасывает из мужчины все соки, забирая на себя всю жизненную энергию, как паразит – толстый, длинный, тяжёлый, с оголённой красной головкой, которая билась о его ляжки при ходьбе.
Процессия неспешно подошла к алтарям, охранники с копьями стали в оцепление, отогнав самых любопытных и нетерпеливых чуть дальше, и жрец стал в центре, задрав свою звериную голову к своду пещеры и раскинув свои тощие руки в стороны. Толпа людей тут же восхищённо зашумела.
Два младших жреца (судя по их накачанным торсам, гораздо меньшим маскам на их лицах, и скромным размерам мужских достоинств) подвели Николь к одному из алтарей, разрезали жгут на руках девушки и положили её на каменную холодную плиту. Уложили у самого края так, что её попка оказалась на самом крае алтаря, а ноги свисали и касались пальчиками пола.