Второй ладонью скольжу на спину, поднимаю девчонку, заставляя встать на носочки.
Чёрт…
В большой, потёртой, наверняка отцовской рубашке и пушистых носочках она выглядит такой домашней, внеземной, что я сам тяну её на себя. Не даю вырваться.
Жадно, всё ещё не напившись ею, продолжаю целовать, опускаясь в своё кресло.
Тяну её за собой, заставляя сесть прямо на мои ноги.
А она делает странные подёргивания, боясь вырваться. Старается, но наверняка в первую очередь думает о ребёнке. И я думаю о нём. И о нас тоже.
Говорил себе – больно ей не делать. Дать время.
И что в итоге?
Всё по-другому.
Прижимаю свою девчонку ближе к себе, впечатывая её миниатюрное тельце в свои ноги. У нас разница в объёмах и весе почти в два раза. Что и даёт мне преимущество.
Проникаю пальцами под рубашку. Малышка напрягается, но не вырывается.
А я делаю это неосознанно.
Под странной тягой.
Сжимая её кожу с такой силой, чтобы она никуда не делась.
Но нет.
Понимаю по мычанию в губы, что ей больно.
Отстраняюсь и тут же получаю звонкую пощёчину.
Не двигаюсь, смотрю полными злости глазами на тяжело дышащую суицидницу.
И, сука, ничего сделать не могу против неё.
Отхлестать – нет. Поцеловать – тоже.
Истерика скоро начнётся. По дрожащим губам вижу.
– Амир! – кричит. – Ты переходишь все границы! Похищаешь меня из моего дома, а теперь увозишь в другую страну! Ты хоть понимаешь, что это незаконно??? Это МОЙ ребёнок! Даже если твои слова правда – ты всего лишь предоставил свой биоматериал! И это не даёт тебе права!..
Она резко обрывается, смотрит растерянным взглядом и слезает с меня.
– Да пошёл ты к чёрту, Саидов! Что с тобой говорить! Плебей!
Ева разворачивается и быстрым шагом удаляется в сторону уборной.
А я трогаю себя за щеку. Как ненормальный.
Она меня ударила.
Эта несносная девчонка ударила меня!
Вскакиваю с места, хочу пойти за ней. Но останавливаюсь, зло ударяю ладонью по креслу.
Маленькая!.. Даже как назвать, не знаю!
Сжимаю зубы и чуть не полыхаю огнём.
Получит ещё!
А пока разъярённо плюхаюсь обратно в кресло. Беру бутылку с водой и залпом выпиваю.
Жарко с ней стало.
И теперь сиди, мучайся без кондиционера, чтобы эта маленькая пакость не заболела.
Ладно, хорошо. Главное – держать себя в руках. И не отступать от задуманного плана.
Чёрт, только жаль, что в этот план входим не только я и Ева. Но ещё и толпа врачей, которые теперь тенью будут передвигаться за моей малышкой.