- У вас с Захаром всё хорошо? – Она давно ничего не слышала о Захаре от Арины. – Он знает, что ты приехала?
- Угу. – Как-то задумчиво. – Нет, он не в курсе. Я решила провести несколько дней чисто девчачьей компанией. Думаю, что у нас всё хорошо…
- Думаешь?
- Ну. Мы же никогда не знаем ничего наверняка. – Блондинка неуверенно закусила нижнюю губу, смотря на мелкую рябь воды. – Мне хочется, чтобы ничего не менялось. Но иногда мне страшно, Варь. Я так сильно влюблена в него, что постоянно боюсь, что потеряю его.
- Арин. – Варя была, мягко говоря, шокирована тем, что подруга носит в своей прекрасной головке такие мысли. – Я видела, как он на тебя смотрит… ты зря переживаешь! Мне иногда кажется, что он хочет тебя съесть! – Варвара тихо хихикает, разглядывая белокурую девчушку.
- Ну так что? Перекусим или сразу купаться? – Арина ловко меняет тему и, развернувшись волчком, убегает обратно. Снимает с багажника велосипеда тёмную походную корзину и подносит её к носу, – Ммм… - тянет заманчиво. – Кажется, я сначала перекушу!
* * *
Деловой ужин в компании потенциальных партнёров порядком наскучил. Ребята из Владивостока почти у них в кармане, но правила делового этикета не позволяли Антону покинуть этот унылый вечер.
Разговор с доктором Нойманном не выходил из его головы, набатом отбивая те фразы, что вылетали из уст австрийца.
«Ты меня подводишь, Антон».
«Я ожидал от тебя большего».
«Почему мне звонит твой отец с вопросом: Вы всё знали, Герр доктор Нойманн?»
«Мы много работали с тобой. Ты относишься несерьёзно и ко мне, и к тому, какой путь мы проделали».
«Что с твоей рукой, Антон?»
Бляяять… блять, блять, и ещё десять раз блять!
«Кажется, я совершил ошибку, отпустив тебя сейчас на родину».
«Я доверял тебе, Антон».
Антон подсчитывал в уме дни, которые у него остались. Август сказал, что прекратит с ним любую работу, если парень не явится вовремя. Это так некстати! Чёрт!
Лёгкое касание к его плечу, отвлекает парня от этих сумбурных мыслей, и он недовольно поднимает голову, натыкаясь на растерянный взгляд официанта.
- Антон Витальевич, просили передать Вам. – Парень в униформе протягивает брюнету небольшой белый лист, сложенный вчетверо. – Извините. – Произносит, удаляясь от их стола.
Что это?
Видя заинтересованные взгляды остальных мужчин, находившихся с ним за одним столом, брюнет засовывает лист к себе во внутренний карман пиджака. Ибо нехер…
Мужчины тут же теряют интерес и продолжают обсуждать назревший вопрос инвестиций.
Под конец вечера, Горький, распрощавшись с деловыми партнёрами, не спеша расстегнул верхние пуговицы белоснежной рубашки. Облокотился на стенку лифта и прикрыл тяжёлые веки. Он соскучился. Он действительно очень соскучился по Варе. По нежной коже, по мягкости тела, по её тихому стону. Вспоминает её вкус и тихие всхлипы, и в штанах тут же становится ужасно тесно.