Из дверного проема показалась голова торговца. В зубах была зажата прикуренная самокрутка с марихуаной.
–Отказываешься от хорошего завтрака?
Анна сложила руки на груди.
–Нет времени.
–Это преступление, подруга, – сказал Джексон, выпуская струйку дыма, – Это как убить единорога, сбросив бомбу.
–Ладно, уговорил.
После еды, Анне не терпелось перейти к делу. Выйдя из дома, вокалистка с торговцем пошли по улице. Девушка должна была добыть информацию, которая помогла бы ей найти убийцу ее сестры. Джексон знал одного человека, который мог бы помочь в этом. Девушка была полна сил и уверенности в неизбежности своей мести. Внезапно зазвонил телефон. Остановившись, Анна вытащила его из кармана куртки и посмотрела на небольшой экран. На дисплее высветился незнакомый номер телефона. Находясь в легком смятении, девушка думала, стоит ли поднимать трубку. Но наконец, все же решила принять вызов незнакомого абонента.
–Привет Анна, – сказал женский голос.
–Кто это? – опустив любезности, спросила девушка.
Джексон, стоявший рядом, усиленно пытался разобрать хоть слово из разговора.
–Мы с тобой уже встречались, – ответила звонившая, – Меня зовут детектив Ребекка Стилл.
–Не припомню, чтобы мы знакомились, – безразлично сказала вокалистка.
–Нам довелось подраться, когда я пыталась тебя задержать, – пояснила Ребекка.
–А, теперь вспомнила, – усмехнулась Анна, – и что же вам понадобилось, детектив?
–Я хочу тебе помочь.
–Помочь в чем?
–Я верю, что ты не убивала свою сестру.
–Прямо вот так? Верите? – недоверчиво поинтересовалась Анна.
–Сложно сказать, – ответил женский голос, – не то чтобы верю… но мотива у тебя не было…
–И? – заинтересовалась Анна.
–Нам надо встретиться, – требовательно сказала Ребекка, – скажем, в шесть в забегаловке «У Джонса». Знаешь где это?
–Да, знаю, – припомнила вокалистка, – Хорошо. Я приду. Но если увижу что ты не одна, то сразу ухожу.
–Само собой, – согласилась детектив…
Джексон сгорал от любопытства и не мог не задать вопрос:
–Кто это? Что-то случилось?
–Нет, все в порядке, – ответила девушка, поиграв желваками.
В это самое время, Льюис занимался обыском квартир участников. В некоторых он не находил ничего подозрительного. Самые обычные комнаты, телевизоры с запыленными экранами, легкий беспорядок. Но сложнее всего ему было осматривать квартиру недавно убитых Фитчей…. Пусть детектив и не знал этих людей, но он чувствовал боль, разглядывая фотографии в рамках, стоящие на комодах. Вся семья в сборе. Вот прогулка в парке. Кругом пожелтевшие осенние листья. Мужчина и женщина обнимали своих, еще в то время юных детей. А те, в свою очередь улыбались. Вот следующее фото. Рождество. Нарядная елка сверкала самыми разнообразными огоньками. Старший из сыновей держал в руках бутылку шампанского, прижавшись к ней щекой, и натянуто улыбался. На другом фото родители, уже старики, улыбались в кадр, обнявшись…, но стоило Стоксу бросить взгляд на бурые от высохшей крови стены и пол квартиры, на бумажки с номерами улик, и на диван где нашли тела…, его невольно начинали мучить воспоминания. Как-то раз, за стаканом спиртного он упомянул Ребекке, что не мог простить себе смерть напарницы. Но для него все было не так просто. Она была для него не просто напарницей. Стокс должен был стать отцом…, но, ни ребенок, ни любимая женщина, не выжили при родах.… Почему-то, Льюис продолжал винить себя во всем, хоть и часто скрывал это от других…, и от самого себя. Ему вспомнился тот день, когда узнав страшную новость, он вышел из палаты, не замечая ничего вокруг. Льюис не слышал ни врачей, которые пытались его окликнуть, ни водителей, которые покрывали его грязными словами, когда он брел через дорогу, устремив пустой взгляд в никуда. В тот день Стокс просто, будто на автопилоте, пришел домой, бросил ключи на стол, и, пройдя в гостиную сел на диван, скрестив пальцы. Тогда детектив за несколько дней не проронил ни слова, не отвечал на телефон, а просто сидел, уставившись в окно…. И сейчас, как бы детектив не скрывал, глядя, на все это безумие, на столько отнятых жизней, он не мог остановиться, не смотря на боль, ежедневно съедающую его изнутри.