– Что еще за «пустая порода»? – спросил О’Нил.
– Минералы, не содержащие извлекаемых элементов. Короче говоря, мусор, который остается после переработки руды. Следы этой самой пустой породы найдены на трубке телефона-автомата в Университете Фресно, откуда преступник перед нападением звонил Кейли, – пояснил Линкольн, а затем, вновь глянув на пакетики с уликами, с воодушевлением прибавил: – Ах да! Кальцит из этой пустой породы присутствовал не только там, но также и в помещении, где находился пульт управления системой школьного радиовещания, и на заднем дворе Эдвина. Только это не БАД и не лекарство. Это костная мука.
– А разве костную муку нельзя есть?
Линкольн Райм нахмурился:
– Не думаю, что кто-нибудь станет употреблять ее в пищу. Кстати, забыл сказать: эта конкретная мука сделана из человеческих костей.
Глава 54
– Чтобы подтвердить происхождение костной муки, располагая столь мизерным количеством материала, нам потребуется конфокальный лазерный сканирующий микроскоп, – объявил Райм, озираясь с таким видом, будто в лаборатории Шина и в самом деле было где-то спрятано это волшебное устройство.
Чарли Шин давно мечтал о таком микроскопе, но управление шерифа округов Фресно – Мадера не могло позволить себе столь дорогое оборудование.
– На девяносто девять процентов уверен, что эта мука из человеческих костей – провалиться мне на этом месте, если я ошибаюсь. Морфология, геометрия частиц не дадут соврать, – сказал Райм и присовокупил: – Только вот что нам делать с этими сведениями применительно к нашему расследованию – ума не приложу. Кто-нибудь из персонажей этой трагедии работает хирургом или дантистом?
– Нет.
– Как насчет гробовщиков? – подал голос Деннис.
– Ну, Арутян, это ты загнул! Гробовщики, в отличие от судмедэкспертов и патологоанатомов, с костями дела не имеют. А ведь в Университете Фресно, откуда звонил наш злоумышленник, наверняка есть медицинский факультет?
– Ага, – отозвался Арутян.
– Что ж, такая версия звучит правдоподобно. Человеческие скелеты в аудиториях наверняка найдутся, а там, где скелеты, – там и хирургические пилы. Предлагаю, пока не соберем больше сведений, придерживаться версии, что преступник, запачкавшись в костной муке, затем оставил следы на телефонной трубке и на заднем дворе Эдвина.
– Ну, слава богу, хотя бы определились, что преступник – человек, следивший за домом Шарпа, – произнес О’Нил.
– Получается, наш приятель действительно не при делах.
– Если только, – возразила Дэнс, – это не сам Эдвин натряс костной пыли в том месте, откуда за ним следили.