— Возраст согласия с шестнадцати лет, — отрезала Инга, отступая на шаг. — Я этот возраст уже миновала, ты — тем более. Не надо раздувать из этого трагедию. Было и было. Я не собираюсь бросаться к брату с воплями, что ты меня соблазнил. Ты, надеюсь, с покаяниями к нему тоже не бросишься.
Она видела — друг потрясен ее словами.
— Инга! — повысил голос он, подходя ближе и заставляя посмотреть ему на него.
Она лишь закатила глаза. Вот так вот всегда, чуть что — снова начинает ее воспитывать. Давно мог бы понять, что это бесполезно, ее уже даже ремень не спасет. Хотя… нет, стоит обойтись без пошлых фантазий. В свете событий прошлой ночи они совершенно лишние.
— Что Инга? — захихикала она. — Тебе самому не кажется довольно странным, что ты читаешь мне нотации в полуобнаженном состоянии? Или это попахивает ролевухой?
Ярослав оторопел и невольно убрал от нее руки.
Лучший способ сменить тему — довести его, заставить переключиться. Еще не хватало, чтобы он терзал себя из- за ее глупостей. Пусть лучше кричит.
— Инга! — почти прорычал Ярослав, вновь разворачивая девушку к себе. Что ж, лучше так. Пусть злится, но не пытается проанализировать ее поступок. Ни к чему хорошему эта разбивка на атомы не приведет. Так, цели добились, из себя тоже вывели. А теперь лучше сбежать, пока не прибили. И пока сама не потеряла маску спокойствия. Эта сцена оказалась для нее неожиданно тяжелой.
— А, ну значит, не находишь, — она вывернулась из его рук, подобрала с пола свои вещи и стала одеваться, стараясь не обращать внимания на взгляд, которым ее пожирал собеседник. Казалось, он всерьез размышлял над выбором: придушить ее или завалить на кровать и заняться более интересными вещами. Но последнее он точно не выберет, а жить она еще хочет. Все, остался последний штрих.
— Ярик, да не переживай ты так, — Инга, уже полностью одетая, наклонилась и легонько поцеловала его в губы. — Что было, то было, — повторила она. — Обойдемся без рефлексий? — и покинула комнату.
Красивый уход, ничего не скажешь. Вот только как теперь с этим жить? И как умудриться сохранить теплые отношения со Строгановым, после всего, что она натворила?
Глава 19. Шкатулка Пандоры или Чужая душа — потемки
Кофе остыл. Даже сейчас, шесть лет спустя — почти целую вечность! — ей было стыдно вспоминать о том, что она сделала. Глупо, необдуманно, ради мимолетного каприза — чуть не пустила под откос прекрасные отношения и дружбу с одним из самых близких для нее людей. Уж не повторяет ли она и сейчас свою ошибку, пытаясь добиться от него взаимности? Правда, теперь она понимает, для чего все это делает. Или не до конца?