Женщина, наверное, пыталась предупредить Грима и раньше. Но ее слова, едва пробивавшиеся к нему сквозь пелену сна, ничего для него не значили. Теперь же он резко проснулся, пытаясь сообразить, что вырвало его из хмельных видений. Рыжая ирландка, рабыня хозяина харчевни, исчезла. Стряхивая с себя сон, Грим недоуменно оглянулся по сторонам и начал одеваться. За кожаными штанами последовали сапоги, спал он, оказывается, в кольчуге.
А потом вернулось то, что его разбудило: с улицы раздавались какие-то крики и хрип, а потом в отдалении послышались вопли агонии и боли. Грим метнулся к крохотному окну.
Рассвет еще только едва тронул небо над крышами серокаменных домов. Во все стороны по улицам бежали в панике люди, в спешке сбивая с ног раненых и стариков, - все они стремились на восток. Поспешно накинув перевязь с мечом, он, перескакивая через две ступеньки, бросился вниз по лестнице. Внизу харчевня была перевернута верх дном. Завидя его, хозяин в ужасе отпрянул.
- Это не я! Я его не убивал, клянусь!
- Кого?
Толстяк в ответ указал на перевернутые столы. Под обломками скамьи виднелся труп какого-то человека, на месте головы у него было кровавое месиво, а по грязной одежде Грим все равно не смог бы распознать, кто он. Сапог на трупе не было.
- Клянусь! Это не я... Ты... Ты из дружины конунга Карри Рану?
- Нет.
- Хвала Тору. Этот был из ее людей и слишком этим гордился, чтобы держать язык за зубами. Дружинники приканчивают всех с ее кораблей, кого найдут, они...
- Что ты несешь? Какие дружинники? Зачем рьявенкрикцам убивать тех, кто помогал им защищать город? Почему бегут все эти люди?
- Ты не знаешь? Франки! Они здесь!
- Что! Почему! - не поверил своим ушам Грим. - Когда это случилось?
- Говорят, всего за час до рассвета. Скальды, говорят, наколдовали. Женщина в мужской одежде...
Не мог же этот толстяк говорить о Карри, она ведь не скальд? Грим в ярости встряхнул хозяина харчевни, требуя подробностей:
- Кто наколдовал? Какая женщина?
- Она... Женщина шла по стенам. Ее многие видели. Как ее было не заметить, когда всю ее окружали огненные руны. Она это была, она, морской конунг. И плащ пурпурный, из похода на Миклагард. Кто как не она? И пока дружинники как зачарованные глядели ей вслед, она... Говорят, она исчезла прямо у них на глазах. Я это от многих слышал! Всякий раз одна и та же история! А пока она своими заклятиями удерживала их внимание, кто-то зарубил стражу на воротах и...
Решительно надвинув шлем, Грим шагнул к двери:
- Мне нужно на стены.
- Глупец! Я говорю тебе, франки - в самом городе! - лепетал толстяк. Говорят, они открыли ворота! Тор защити нас! - в беспомощном ужасе всплеснул руками хозяин харчевни. - Их невозможно было остановить, как воду, прорвавшуюся через промоину в плотине. Беги, пока есть время, к восточным воротам. Рьявенкрик пал! - с этими словами владелец харчевни выбежал на улицу и присоединился к спасающемуся стаду, оставив за собой все, чем владел.