– Уж не хотите ли вы сказать, что оставили без внимания историю собственного рода, будучи антропологом и посвятив всю свою жизнь истории других народов? – насмешливо спросила Мойра, словно бы отказываясь поверить, что он совершенно не интересовался собственными корнями.
– Одной из причин моего нынешнего визита в Шотландию как раз и явилось желание устранить это упущение и наконец-то докопаться до своих корней, – сказал Таггарт.
– И я попалась под ваш заступ! Очень мило, – съязвила Мойра, складывая руки на груди. – Но что еще вам от меня надо? Как долго вы собираетесь мучить меня изложением своих ограниченных взглядов на наше общее историческое наследие, ради сохранения которого вы пока ровным счетом ничего не сделали?
– Я не собирался вас мучить, – тяжело вздохнув, ответил Таггарт. – И позволю себе заметить, что прошлой ночью вы не жаловались на мое обращение с вами и не считали его пыткой. Я даже не знал, что вы – Мойра Синклер, пока вы не открыли мне эту дверь.
– Так вы признаете, что прибыли сюда с недобрыми намерениями в отношении неизвестной вам Мойры Синклер?
– Вовсе нет! Напротив, я с нетерпением ждал нашего знакомства, – брякнул Таггарт и тотчас же пожалел об этом.
– Что ж, оно состоялось при весьма оригинальных обстоятельствах. Надеюсь, вы удовлетворены этой частью программы? – нахмурившись, промолвила Мойра.
– Повторяю, я не знал, что это вы, – стиснув зубы, сказал Таггарт. – Ведь и вы утверждаете, что даже не подозревали, с кем имеете дело. В этом смысле мы квиты. Но согласитесь, что надо признать эту поразительную встречу феноменальной случайностью, если все, что вы говорите, – правда.
– Как ни трудно в это поверить, однако, похоже, что все именно так и обстоит. Если, конечно, вы меня не обманываете, – сказала Мойра. – Что ж, в жизни всякое бывает. Порой школьные приятели спустя многие годы случайно встречаются в аэропорту за тысячи миль от дома.
Таггарт выдержал испытующий взгляд, поверил ей и понял, что он законченный идиот: ведь когда Мойра открыла ему дверь, на ее лице светилась счастливая улыбка, а он взял и все испортил. О Боже! Как же он одичал...
Продолжая стоять возле двери, Мойра выдержала паузу и спросила:
– Вы до сих пор так и не объяснили, зачем я, Мойра Синклер из Баллантре, вам понадобилась. Вы разговаривали со своим отцом незадолго перед его смертью? Он вам что-нибудь рассказывал обо мне?
Таггарт покачал головой:
– Мы с ним долгое время не общались. Я даже не знал, что он смертельно болен. И получил известие о его кончине всего несколько месяцев назад, находясь в археологической экспедиции.