— Па… — буркнул он, затем добавил: — Потерян…
— Вовсе нет, нет, уверяю вас, господин Кристиан, — подошел к ним кузен Эдвардс. — Об этом можете не беспокоиться. Согласен, мы немного уклонились от основной дороги, но отнюдь не заблудились и совершенно точно знаем свое местоположение. Это Чалфонт Святого Жиля.
Жерво с досадой поморщился и фыркнул.
— Потерянный…
— Говорю же вам: мы не потерялись! Не потерялись!
— Святого Жиля… — задумчиво проговорил Тиммс, как будто хотел вспомнить что-то очень интересное.
— Потерянный! — настойчиво проговорил герцог. Кузен Эдвардс продолжал утешать его, стараясь не отчаиваться.
— Нет же! Мы не потерялись, а значит, и вы не потерялись. Ларкин, присмотрите за герцогом. И поосторожнее… Что-то меня начинает беспокоить его состояние.
Жерво стоял рядом с кузеном Эдвардсом, упрямо глядя ему в глаза.
— Болван! — вдруг совершенно четко проговорил он. — Потерянный!
— Ничего, ничего, — делая успокаивающий жест рукой, согласился кузен Эдвардс. Он был невозмутим, однако оглядел стоящего перед ним Жерво довольно критично. — Боюсь, мы имеем дело с неожиданным случаем развития маниакального момента. Начальные симптомы сходятся: неуважение к окружающим и брань. Не волнуйтесь; герцог. Мы освободим вам руки, как только доберемся до места.
— Пойдемте со мной, господин Кристиан, — сказал Ларкин, взяв герцога под руку. Жерво резко отшатнулся и вырвал руку. Он устремил горящий взгляд на Мэдди. Смотрел так, как будто она в чем-то виновата. Она растерялась. Он развернулся и решительно зашагал в сторону трактира. Ларкин последовал за ним, как хорошо выдрессированная собака-поводырь.
У Мэдди пересохли губы. Она провела по ним языком.
— Ты хочешь чаю, папа?
Ее отец резко повернулся. Было видно, что ее вопрос вывел его из глубокой задумчивости.
— Чаю? Нет, нет. Давай лучше немного прогуляемся, девочка Мэдди.
«Девочка Мэдди…» Как странно! Как непривычно было слышать свое уменьшительное имя, произнесенное ясно, четко и без напряжения! Она уже привыкла к мучительным разговорным потугам Жерво. Вернее, не привыкла, а стала близко принимать их к сердцу. Мэдди не сомневалась, что Кристиан хочет сказать гораздо больше, чем может.
Все еще сильно волнуясь, она взяла отца под руку. Некоторое время они шли в полном молчании. Наконец Мэдди не выдержала и воскликнула:
— Надеюсь, он не потеряет над собой контроль и не станет буйствовать.
— Буйствовать? Герцог?
Мэдди никогда не рассказывала отцу о драке во дворе. Она пригладила манжету на рукаве, не спеша расправив ее пальцами.
— Герцог выглядит очень… беспокойным. Я думаю, кузен Эдвардс предпочел бы отправить с ним в карете не нас с тобой, а Ларкина.