— Но ты не мог этого знать! — воскликнула Гейби, пытаясь облегчить его страдания. — Мне кажется, что вашими чувствами друг к другу намеренно манипулировали, создавая для вас еще более тяжелые условия существования. И именно поэтому тебя отправили в школу за много миль от дома. То была попытка еще больше усугубить чувство беспомощности, которое особенно болезненно для тебя.
— Но я позволил этим негодяям одержать победу над собой! — вскричал он, ненавидя себя в эту минуту больше, чем когда-либо в своей жизни. — Дайана и я доверяли друг другу. Между нами была прочная, неразрывная связь. И я первый все разрушил! Это я предал свою маленькую сестру. Я повернулся к ней спиной и…
— Но ты не был в этом виноват! — оборвала его Гейби. — И ты не повернулся спиной к Дайане, поддерживая ее все эти годы…
Он покачал головой.
— Я помогал ей только материально. Я не понимал ее и не дал того, что она ждала от меня. Я не смог… — В его голосе слышалось отчаяние, в которое повергла его открывшаяся ужасная истина. — Я не могу больше этого выносить!
Они убили в нем все чувства. Осталась лишь ненависть. И только ненависть он испытывал все эти годы. И жгучую жажду справедливости. И в Дайане жила изуродованная любовь к нему до тех пор, пока она не поняла, что Гари в ней больше не нуждается. И тогда она решила уйти из жизни. И только Уолтер спас ее своей любовью.
Гейби хорошо понимала всю тяжесть вины, которая камнем лежала на сердце Гари, и пыталась облегчить эту тяжесть.
— Дайана выжила. И ты выжил, — мягко сказала она. — И еще совсем не поздно все исправить. Теперь тебе не надо отдаляться от своей сестры.
— Гейби… — Он бросил на нее взгляд, в котором сквозила безнадежность.
— Дорогой, она твоя сестра. И связь между вами все еще существует несмотря на то, что произошло. У меня не возникло проблем с Дайаной, когда я встречалась с ней. И я думаю, что она очень хороший человек.
Он некоторое время молчал, видимо обдумывая ее слова, потом слегка улыбнулся.
— Дайана сказала, что ты ей тоже очень понравилась.
Гейби ответила дразнящей улыбкой.
— Это потому, что ты женился на мне. Дайана считает, что любая женщина, ставшая твоей женой, прекрасный человек.
Гари слегка расслабился и с теплотой взглянул на жену.
— Да, по-моему, логика Дайаны в этом вопросе безупречна. — Он глубоко вздохнул и добавил: — Я во всем ошибался. Я всегда считал Уолтера неудачником, но он оказался совсем другим человеком. Уолтер — в полном порядке.
Это была, возможно, самая высшая похвала, какой Гари мог удостоить другого человека.
Он нахмурился.