— Не знаю, — пожал плечами Чейз, — какая-то возможность всегда найдется. Когда-нибудь, может статься, я это выясню.
— Что теперь будем делать? — спросила она.
— Едем к Луизе Элленби, как и собирались. Уж теперь-то этого подонка просто необходимо выследить.
Пока он заводил двигатель, она сказала:
— Ну и нервы у тебя! Ты, похоже, даже не взволнован.
— Как бы не так, — возразил он. — По-моему, я еще ни разу в жизни так не беспокоился. — Он знал, что ему нельзя выплескивать эмоции, нужно сохранить ненависть к Судье. Она поможет победить, если он не разбазарит ее по пустякам.
Луиза Элленби открыла дверь, облаченная в пижамную куртку с синим цветочным узором, которая едва прикрывала ее ягодицы; вид у нее был весьма зазывный.
— Я знала, что вы вернетесь за обещанной наградой... — защебетала было она, но тут увидела Гленду и воскликнула:
— Ой!
— Можно войти? — спросил Чейз. Она в смущении отступила и закрыла за ними дверь.
Чейз представил Гленду как своего близкого друга, хотя понял, что Луизе и так все ясно. Она надула губки — не по-женски, а совсем по-детски — и сказала:
— Не хотите выпить на этот раз?
— Нет, — отказался Чейз. — У нас всего несколько вопросов, мы надолго не задержимся.
— А я выпью. — Она прошла через комнату и соорудила себе напиток. Какой — Чейз не смог определить. Она стояла, отставив правое бедро, так что пижамная куртка слегка топорщилась на ее круглых крепких ягодицах, которые казались мягкими и белыми на фоне загорелых ног. Вернувшись, она села так, что на какой-то миг совсем оголилась, потом заложила ногу на ногу, скрыв от взгляда самое интересное. — Что это за вопросы?
Чейзу стало неловко. Он видел, что Гленда просто-таки наслаждается его смущением и яростью девочки. Она сидела на одном из жестких стульев и выглядела восхитительно, так же положив ногу на ногу. Однако ее ноги были куда соблазнительна нее, несмотря на весьма откровенную наготу молодой хозяйки дома.
— Ты сказала, что гуляла с Майком год до того, как... как его убили, — перешел к делу Чейз.
— Ну да, примерно. — Луиза взглянула на Гленду, на ее ноги, потом перевела взгляд на Чейза и не сводила с него глаз до самого их ухода. — А что?
— Ты никогда не замечала, чтобы вас кто-нибудь преследовал — следил за вами?
— В последнее время? Нет.
— Не только в последнее время, недели, может, даже месяцы назад.
Она подумала, отпила из своего стакана и наконец сказала:
— В начале года, в феврале или в марте, что-то такое было.
Чейз почувствовал, как у него перехватило дыхание: он боялся произнести даже слово из какого-то суеверного страха, что все окажется напрасным и они уйдут, так и не узнав ничего нового. Наконец он спросил: