Весь вечер Белинда не могла говорить ни о чем другом, кроме своей роли. Она рассмешила нас, сказав:
— Я боялась, что у меня с головы упадут анонимы.
У Люси тоже чуть не упали.
— Их называют анемоны, — поправила ее Люси.
Белинда не способна была признать, что ошиблась.
— У меня были анонимы, — сказала она.
Когда я пожелала детям спокойной ночи, их глаза все еще сияли.
— Актрисы все время на сцене, — сказала Белинда. — «Когда я вырасту, то тоже стану актрисой.
Намерение Белинды стать актрисой выдержало несколько недель. Больше всего ей нравилось переодеваться. Однажды я обнаружила ее в своей комнате, когда она примеряла мою шляпу и короткий плащ.
Меня это очень позабавило. Белинда хотела спуститься в таком виде в кухню и показаться всем. Пришлось разрешить ей это.
— Меня зовут мисс Ребекка Мэндвилл, — заносчиво и надменно объявила она, погрешив против правды, поскольку я никогда так не разговаривала. — Я только что окончила свой лондонский сезон.
Присутствующие немало повеселились.
Миссис Эмери, восседавшая во главе стола (как раз, было время чая), сказала, что Белинда — настоящее чудо. Горничная Джейн захлопала в ладоши, и к ней присоединились остальные. Белинда стояла посреди кухни, раскланиваясь и посылая зрителям воздушные поцелуи. Затем она торжественно вышла из кухни.
— Настоящая маленькая мадам, ничего не скажешь, — заявила миссис Эмери. — За ней нужен глаз да глаз. Того и гляди, что-нибудь выкинет… и мисс Люси за собой потянет.
Ли, наблюдавшая эту сценку, с трудом скрывала свою гордость. Я уже давно подозревала, что Белинда является ее любимицей. Должно быть, ее привлекала бьющая через край энергия девочки. Кроме того, не следовало забывать, что Белинда была дочерью хозяина дома, в то время как Люси — всего-навсего найденыш, которого я довольно эксцентрично ввела в дом своих, тоже настолько необычных, бабушки и дедушки.
Наверное, Люси сознавала это. Я должна была объяснить ей, что она мне ничуть не менее близка, чем единоутробная сестра Белинда.
Удачное выступление в роли мисс Ребекки вызвало у Белинды желание развить успех, и она объявила, что вместе с Люси хочет устроить для нас живую картину, но с диалогами. Мы все должны были собраться в кухне и ожидать их выхода.
Потом я очень радовалась тому, что это представление не видела Селеста. Она отправилась с визитом к жене поверенного — это была ее обязанность, которую она выполняла.
Так или иначе, но в данном случае это было к лучшему.
Когда мы рассаживались на стульях, слуги уже начали посмеиваться. По одну сторону от меня сидела миссис Эмери, сложив руки на коленях, покрытых бумазеей, по другую сторону расположились Ли и мисс Стрингер.