— Если у нее был спутник.
— Еще как был!
— Откуда вы знаете?
— Да ведь... — Хейз едва перевел дыхание. — Я же только что вам сказал. Я видел на этом сиденье двоих!
— На каком расстоянии?
— Через три сиденья.
— И вы могли что-нибудь видеть на таком расстоянии в такую метель, а-а-а?
— Да. Не совсем четко, но я видел.
— Я так и думал, — сказал Вэйт.
— Слушайте, — настаивал Хейз, — кто-то сидел там рядом с ней! И, безусловно, он соскочил с кресла после того, как убил ее! Нужно осмотреть все внизу, под линией, пока снег не засыпал и те следы, которые там еще остались!
— Хорошо, я это сделаю, — пообещал Вэйт, — когда придет черед.
— Лучше бы черед пришел как можно скорее, — настаивал Хейз, — метель ждать не будет, и если не поторопиться...
— Мистер, мы тут никогда не торопимся. А вы лучше бы не совали нос в наши дела.
— А в чем заключаются ваши дела? — спросил Хейз. — Может быть, ваше дело — покрыть преступление? Вы думаете, убийца сидит поблизости и дожидается, пока вы его схватите? Да он уже полштата, наверное, пересек!
— Никто отсюда не уйдет, мистер, — заявил Вэйт. — Особенно при теперешнем состоянии дорог. Так что не волнуйтесь. Не люблю смотреть, как люди волнуются.
— Скажите это убитой девушке, — бросил Хейз, глядя, как мертвую Хельгу уложили на мешковину и понесли в последний путь вниз по склону горы.
Смерть, эта старая потасканная бестия, всегда банальна.
Он служил полицейским долгие годы. Давно приучился наблюдать смерть со стороны, как часть своего каждодневного расписания, пока детективы, фотографы, медицинские эксперты и лаборанты роились мухами вокруг жертвы. Совсем, как в кино. Он стоял в стороне чем-то вроде секретаря в униформе, отмечал в черном блокноте имена свидетелей, наблюдая уход и приход равнодушных людей, связанных с расследованием, их привычные действия в привычных обстоятельствах. Человек, безжизненно лежащий на тротуаре, человек, распростертый на пропитанном кровью одеяле, человек, висящий на шнуре от лампы, человек, распотрошенный налетевшим на него автомобилем, — все они представали перед Хейзом какими-то ирреальными образами смерти, но не самой смертью.
Став детективом, Хейз познакомился со смертью всерьез.
Знакомство произошло неофициально, почти случайно. В то время он работал в 30-м участке — очень приятный, приличный участок в приятном, приличном районе, где редко умирали насильственной смертью. Знакомство состоялось в одном доме с меблированными комнатами. Когда прибыли детективы, полицейский, который первым отозвался на крик о помощи, уже их ожидал. Детектив, с которым пришел Хейз, спросил: «Где труп?» Полицейский ответил: «Там, внутри».