). Сингх довольно стянул перчатки и похлопал заполненную пачку чек-листов
(при массовых экспертизах для экономии времени используется специальная форма, где писать приходится мало, в основном проставляя цифры или иные данные в специальные графы и картинки). Ну всё, можно идти в офис на обещанное бренди. Да и пожрать бы чего не мешало, ужин то они пропустили.
В своем кабинете Сингх залез в маленький холодильник и вынул плоскую бутылочку «Хенесси». 375 мл. И это после такого сумасшедшего дня на двоих здоровых мужиков! Ванино лицо вытянулось и изобразило немой вопрос: «ещё есть?» Лицо Према округлилось и выразило немой ответ: «больше нет». Жрать тоже совсем ничего не было. Пить коньяк из морозильника, да еще из пластмассовых стаканчиков как-то совсем выпадало из этикета. Синх вздохнул и ушел в лабораторию. Вернулся он с двумя круглыми колбами – в них поровну разлили бутылку. Хоть горлышки у колб узкие, но мероприятие все же сразу приобрело классический коньячный шарм – круглую колбу было удобно держать в ладони, побалтывая и согревая бренди, как в подобающей для такого дела рюмке-тюльпанчике. Трепаться о войне и работе совсем не хотелось, говорили о доме, о семьях, об Америке… Скоро бренди растеклось по всем сосудикам уставших тел, наполняя их приятным теплом и негой, а вот желудки в протест отчаянно завопили – голод проснулся с тройной силой. Подполковник снял трубку и стал кому-то звонить, выясняя, остался ли у них Эм-Ар-И (MRE, meal ready to eat, а попросту сухпай). Вскоре наверх прибежал знакомый сержант-медик и притащил два запечатанных конверта. Сержант удалился, и подполковник с «сивиком» зубами впились в блестящую пластиковую пленку вакуумной упаковки, которая пискнув с треском разорвалась. С голодухи в общем-то не плохой (если не сидеть на нем неделю) сухой паек вообще показался самой изысканной пищей. Под такую закусь опять захотелось выпить. Ваня вытер руки и взял со стола Сингха резную деревянную чашечку-сувенир. Такие чашечки очень популярны у арабов – изнутри они примитивно выточены на обычном токарном станке, но снаружи весьма затейливо украшены узорами и вязью. В них удобно хранить ручки и карандаши, а больше для каких-то реальных бытовых целей они, похоже, не предназначены.
– О! Дерево. То что надо для Грэнд-Па Хоттаба! В России мы «Хоттаба» обычно из матрешкиной половинки пили.
Челюсти Према Сингха замерли, и он с полуоткрытым тупо уставился на Айвана, не понимая, о чем это он. Оказалось, что американский военный медик не только не знает о чудесном напитке, известным русским военным судмедэкспертам как «Старик Хоттабыч», но даже не слышал слова «матрешка», хотя о многослойных Russian dolls (