Когда Луис во второй раз переступил порог винного магазина, толстяк в футболке, надпись на которой призывала бога благословить Америку, потер рукой подбородок и сказал:
— Господи Иисусе, только не говори, что ты решил вернуться.
— Мне две бутылки вон того «Абсолюта», — объявил Луис, на этот раз вытаскивая из-под полы пиджака «Моссберг», блеснувший никелем в свете ламп, а красная точка прицела остановилась на затребованных им бутылках.
— Откуда это у тебя? Из магазина игрушек? — поинтересовался толстяк.
— Видишь красную точку? — Луис отвел прицел от бутылок с «Абсолютом» и нажал курок, вдребезги расстреливая нижние три ряда дешевого пойла. — Все настоящее, — боже, в голове у него звенело. — Вон те бутылки «Абсолюта», все деньги из кассы и не забудь ту пачку, что лежит у тебя в заднем кармане брюк.
Чувствовал он себя превосходно, проезжая по Дикси и то и дело отхлебывая водку прямо из горлышкаи, направляясь на поиски какого-нибудь подходящего мотеля. Все, он не будет больше жить в доме Джей-Джея, и к черту эту вонючую контору... И тут он понял, что должен немедленно вернуться туда. Положить ключ на место, в ящик стола Макса и создать видимость ограбления со взломом, а не то Макс обязательно догадается, что это его рук дело. Зря он не выгреб из шкафа все, что там было. Макс все равно может подумать на него. За четыре года проведенных за решеткой, он стал более рассеянным, чем прежде, только и всего. Ну, по крайней мере он хоть во время вспомнил об этом. Но уж потом обязательно уехать прочь, подальше отсюда. Только не останавливаться и не искать путей к отступлению. Об этом, кажется, говорил ему Орделл?
Как будто нечто похожее.
* * *
Орделл неоднократно пытался научить своих «шестерок» грамотно орудовать небольшой отмычкой с заостренными усиками на конце, более известной у профессионалов как «грабли» — эти безделушки были не более пяти дюймов в длину и легко умещались в кармане, но зато с их помощью можно было запросто открыть практически любую запертую на ключ дверь. Ясно? В этом не было ничего сложного, стоило лишь раз попробовать самому и приноровиться. Нет же, «шестеркам» больше нравилось вломиться в дом, да так, чтобы при этом переколотить в нем все окна или же, на худой конец, выстрелом из ружья выбить замок. Любимым их номером было протаранить на небольшом грузовичке вход в ломбард или оружейный магазинчик: въехать, быстро загрузить товар и выехать обратно на угнанном грузовике с названием какой-нибудь фирмы с боку фургона. Поэтому обучно владельцы оружейных магазинов загоняли в бетон перед входом в свои заведения железные столбы, чтобы въехать туда на машине было бы невозможно. Тогда ребята врывались в торговый зал, когда магазин был открыт, и уже там выхватив собственное оружие, принимались за дело, забирая столь милое их сердцу военное вооружение. Их не пугало даже то, что любого из них могли запросто подстрелить за этим занятием. Все они были одержимыми придурками. Поэтому Орделл в конце концов отказался от своей первоначальной идеи обучения подручных более утонченным и искуссным приемам проникновения на чужую территорию. А свои хитроумные инструменты он теперь доставал исключительно для того, чтобы воспользоваться ими самому.