— Да, представь. И хочешь узнать, почему я до сих поп не выходила замуж?
— Потому что у тебя, Констанция, несносный характер.
— Нет, совсем по-другому поводу. Я не выхожу замуж, поскольку не хочу каждый день видеть такое лицо, какое только что было у тебя. Ведь ты говорил со мной как муж, даже не успев стать любовником. Это отвратительное зрелище.
— Я могу, Констанция, ответить тебе только взаимностью.
— Конечно, Анри, и у жен бывают подобные лица, но я не стремлюсь стать одной из них, пусть даже ты предложишь мне руку.
— Пока что я предлагаю тебе только уплатить мне долг.
— Поверь, Анри, — глаза Констанции сделались елейными, — я и в самом деле думала, это всего лишь щутка и абсолютно не рассчитывала всерьез расплачиваться с тобой своим телом.
— Мадемуазель, — абсолютно спокойно проговорил Анри, — я могу поверить, что вы что-то напутали, что-то пообещали лишнее, но я то помню точно: ты обещала мне абсолютно определенно, без тени шутки.
— Ах, так ты в этом уверен?
— Да. И только поэтому я согласился соблазнить твою подопечную Колетту, так бы я и пальцем к ней не притронулся.
— Неужели она такая некрасивая?
— Нет, Констанция, я просто не люблю делать больно другим.
— Так значит, Анри, я говорила всерьез?
— Да, и зря ты отпираешься.
— Ну что ж, если ты не веришь мне и считаешь шутливо данное обещание долговым обязательством, то изволь.
Констанция строго посмотрела на Анри, ее губы дрожали от ненависти. Она даже не удосуживаясь придержать ночную сорочку, поднялась из ванны и переступила через ее край. Вода текла с нее прямо на паркет.
— Констанция…
— Ну что ж, ты прямо напомнил мне о долге, а я всего лишь собралась его заплатить.
В мокрой сорочке Констанция легла на кровать, поправила подушку так, чтобы голова была повыше, а затем прижав мокрый подол к одеялу, широко раздвинула колени согнутых ног. Затем немного подумав, подтянула подол до середины бедра и посмотрела в глаза виконту.
Тот сидел, словно окаменев, и со странным выражением лица следил за действиями Констанции Аламбер.
Констанция кивнула ему и как бы приглашая, несколько раз качнула разведенными в стороны коленями. Виконт не шелохнулся.
— Ну что ж, — пожала плечами женщина и потянулась к ночному столику за недочитанной книгой.
Потерев пальцы о мокрую сорочку, Констанция принялась листать страницы, то и дело поглядывая на наглого вымогателя долга с нескрываемым отвращением.
Виконт сидел в кресле и боролся со своими чувствами. С одной стороны, ему страстно хотелось обладать Констанцией, но он не мог себе позволить сейчас приблизиться к ней, ведь это было то же самое, что насилие.