— Раз не сказали просто “в кино”, значит, вы были на Беверли-Хиллз, — заключил я. — А вы не знаете, кто задумал убить вашего босса?
— Ни малейшего понятия, — задумчиво произнес дворецкий. — Правда, вот мистер Мейер, когда он заявляется сюда со своей свитой, производит на меня гнетущее впечатление. Впрочем, могу представить, что не только на меня.
— А вы сами не заинтересованы в убийстве Стентона? Альберт медленно покачал головой:
— Нет, он для меня — щедрый работодатель. Личность он, конечно, неприятная, но в наши дни хороших людей мало.
Я одобрительно покачал головой;
— Вам бы не дворецким служить, Альберт, а во внешнеполитическом ведомстве.
— Спасибо, сэр.
— А Ширли Себастьян за время работы в клубе здесь появлялась? — неожиданно спросил я.
Мгновенно его лицо сделалось непроницаемым.
— Ширли Себастьян, сэр? Что-то я не припомню никого с таким именем. — Губы дворецкого расплылись в улыбке. — С моего первого дня работы у мистера Стентона здесь перебывало столько девушек! Я, правда, не вел им счет, но похоже, что мой хозяин — современный царь Соломон.
— Причем неутомимый, — ворчливо добавил я. Неожиданно раздался легкий гул, и кабина лифта пошла вниз. В любую минуту вышедшая из волн Афродита, а точнее, Нина могла появиться в гостиной. Мне совсем не хотелось выслушивать ее вопли, поэтому я поспешно допил свой бурбон и поставил бокал на поднос.
— Где мне переночевать? — быстро спросил я.
— Готов предложить вам небольшую комнату. Подниметесь по лестнице, свернете влево и в конце коридора упретесь в дверь. Комната маленькая, но очень уютная и совсем без зеркал, сэр!
— Предложите девушке полотенце, а то она уже наверняка замерзла, — бросил я и быстро зашагал по направлению к вестибюлю.
— Не волнуйтесь, сэр, я о ней позабочусь, — успокоил он меня на прощание.
На следующее утро, около девяти часов, войдя в столовую, я застал Картера Стентона во главе огромного стола и в одиночку поглощавшего свой завтрак. Завидев меня, он приветливо кивнул.
— Доброе утро, Холман. Присоединяйтесь. Как я вижу, ваша маленькая леди еще не поднялась, — хитро улыбаясь, произнес он. — Она, должно быть, за ночь сильно устала. А? Всегда говорил, что климат Калифорнии творит с мужчинами чудеса!
Я выдвинул стул, сел за стол, и почти тотчас в столовой появилась симпатичная брюнетка в кокетливо сидевшем на ней черном платье служанки.
— Доброе утро, мистер Холман, — голосом весьма бодрым для утра, хотя и не очень раннего, поздоровалась она. — Я — Джуди, ваша личная служанка.
Заметив, как вытянулось мое лицо, Стентон расхохотался.