Дитя четверга (Браун) - страница 83

Эллисон позволила еще раз поцеловать себя и лишь после этого смиренно подняла на Спенсера глаза.

– Правда?

– Конечно, правда. – Он натянул на обоих простыню. – Я все хочу спросить тебя.

– О чем? – Эллисон обрела достаточно смелости, чтобы подергать волосы на груди у Спенсера.

– Поскольку вы с Энн похожи как две капли воды и, судя по всему, ты поверила, что я увлекся ею, почему не предположила, что я увлечен тобой?

– А ты знаешь, что у нас с Энн разные дни рождения?

– Я так понимаю, что это имеет отношение к тому, о чем мы сейчас ведем разговор.

– Прямое. Она родилась за одну минуту до полуночи в среду, а я – спустя тридцать секунд после полуночи в четверг.

– Это все объясняет, – коротко заметил Спенсер.

– Во всяком случае, многое. Ты знаешь стишок о ребенке, рожденном в понедельник, вторник, среду и так далее?

– Да.

– Ну так вот. Ребенок, рожденный в среду, то есть Энн, все знает и может. А дитя четверга далеко пойдет.

Спенсер откинул голову назад и посмотрел на Эллисон.

– Я так понимаю, дитя четверга обречено на успех. Шучу. Говорю это вовсе не потому, что верю в подобную чепуху. Просто хочу развеселить тебя и восстановить силы;

Эллисон почувствовала, как краснеет, и подумала, что это настоящее проклятие, которое будет висеть над ней до самой могилы. Ну кто бы мог подумать, что она так часто будет краснеть?

– Я думаю иначе, – возразила Эллисон, снова возвращаясь к затронутой теме. – Это надо понимать так: рожденному в четверг ребенку предстоит долгий путь, прежде чем он кого-то встретит. И жизнь постоянно подтверждает сей постулат.

– Поясни, пожалуйста.

– Энн и я похожи как две капли воды, это верно, но ей все дается легко. Она умеет танцевать – я не умею. Она научилась блестяще играть на пианино, а я едва читаю ноты. Она легко сходится с людьми. Я не люблю бывать в компаниях. Наша мама хотела, чтобы мы стали настоящими леди. Энн может сервировать чай на двадцать персон и при этом не пролить ни капли. Я же – тридцать три несчастья. Энн могла наврать с три короба – и ей все сходило с рук. Я была не способна на это, зато трепку получала раз в шесть чаще, чем она. Ты понимаешь меня?

– Но ты вдвое умнее, чем Энн, – возразил Спенсер.

– Людей не очень волнует ум женщины, главное, чтобы она была обаятельной, веселой и хорошенькой. И потом, у нас одинаковый коэффициент интеллектуальности. Если бы Энн посвятила себя той работе, какой занимаюсь я, она, должно быть, уже получила бы Нобелевскую премию.

Спенсер засмеялся, но при этом крепко прижал ее к себе:

– Не думаю.

Несколько минут он задумчиво молчал, затем сказал: