— Были, но не далее чем до декабря месяца, — уточнила Людочка. — Впоследствии карьера Сопеева буксовала вплоть до встречи с Востроуховым, который, покрывая свои кобелиные шалости, вынужден был взять никудышного офицерика под свою опеку.
— Мне ваши доводы кажутся неубедительными, — с сомнением произнёс Цимбаларь. — Но прежде чем капитулировать, эту версию всё же надо проверить... Рассказывай, что ты там ещё нарыла?
— Мне почему-то кажется, что со своим талисманом Сопеев расстался именно во время следствия. Посему я запаслась кое-какими небезынтересными документами. — Она перетасовала лежащие перед ней бумаги по новой. — Перечень лиц, проходивших с ним по одному делу. Список членов военного суда. Фамилии следователей. Личный состав гарнизонной гауптвахты... Сейчас всем этим людям в лучшем случае за восемьдесят. Но будем надеяться, что кто-то из них благополучно дожил до наших дней и сохранил о тех временах достаточно ясные воспоминания.
— Слушай, а в нашем отделе нет следователя-геронтолога? — поинтересовался Цимбаларь. — Не получается у меня душевный контакт со старикашками.
— Потерпи, — сказала Людочка. — Так уж случилось, что расследование пришлось начинать чуть ли не со времён царя Гороха. Полагаю, что след бетила скоро приведёт нас в современность. Вот тогда с молодёжью и оттянешься.
— Скорей бы, — вздохнул Цимбаларь. — Мне самого крутого нынешнего урку расколоть легче, чем, скажем, дряхлого ветерана Смерша. Это как с марсианином разговаривать. Совсем другой стиль мышления.
— Сотрудник особого отдела в принципе должен найти общий язык даже с марсианином, — веско изрёк Кондаков, и было непонятно, шутит он или говорит серьёзно.
— Можете отдыхать, коллеги. Только эту пьяную шваль заберите с собой. — Людочка кивнула на сладко посапывающего Ваню. — А я поработаю над именными списками. Слава богу, адресные бюро сейчас работают круглосуточно. Кроме того, все результаты последней переписи внесены в компьютерную базу данных.
— Так ты сегодня и спать не собираешься? — удивился Кондаков.
— Сначала нужно довести до конца начатое дело. — Людочка уже вычёркивала из списка тех подследственных, которые получили на суде высшую меру. — Утречком я сообщу вам результаты, а уж потом завалюсь спать.
— Не бережёшь ты себя, Людмила Савельевна, не бережёшь, — посетовал Кондаков.
— Для здоровья бутылка пива гораздо вреднее, чем с толком проведённая бессонная ночь, — промолвила Людочка, уже ушедшая в привычную работу, что называется, с головой.
Ожидая поутру какого-нибудь сюрприза, Цимбаларь от вечернего возлияния воздержался — и правильно сделал.