Когда их разделяло несколько ступенек, он остановился. Его грудь высоко вздымалась и опускалась. Он с трудом оторвал взгляд от ее грудей и оглядел ее всю: ее чуть распухшие губы (Шон мысленно выругал себя за чрезмерную страстность поцелуев), покатые плечи, груди с нежными розовыми сосками.
В его глазах было столько желания и любви, что от его взгляда соски Блэр затвердели. Шон едва заметно улыбнулся и ласково потрогал соски пальцами, сначала один, потом другой, ткнулся в них носом и начал целовать. Взяв одну грудь в ладонь, он втянул сосок в рот, и тогда уже в дело вступил его язык, который прошелся вокруг соска, нажал на него и долго-долго облизывал его, пока Блэр не застонала от возбуждения.
Шон, стоя на ступеньку ниже, обнял ее и, целуя в живот, начал рисовать на нем языком что-то загадочное, одновременно поглаживая ее зад.
Блэр была уже хорошо знакома со сладостными прикосновениями его теплого и влажного языка. Шон спустился еще на одну ступеньку. Его ладони обвились вокруг ее бедер, пальцы сплелись.
Теперь он целовал ее быстро и жадно. Как дождевые капли, поцелуи сыпались на бедра Блэр, все ниже и ниже. Опустившись на одно колено, Шон принялся целовать стопы ее ног с мозолистыми пальцами. Блэр, ухватившись за его волосы, потянула голову Шона вверх. Теперь он целовал внутреннюю поверхность бедер. Губы Шона нашли самые прелестные и самые укромные места, и от этого по всему телу Блэр разлился жар.
Ноги у Блэр подкосились, и ей пришлось сесть на верхнюю ступеньку. Шон стоял рядом с ней. Лишь их неровное дыхание нарушало тишину дома.
Шон ждал. Блэр окинула взглядом фигуру Шона и посмотрела в его сверкающие глаза. Лучи, идущие из них, обжигали, поэтому губы Блэр внезапно пересохли, и она облизнула их. Это почему-то особенно возбудило Шона, сердце его забилось. Казалось, оно вот-вот вырвется из груди. Оба замерли. Шон не шевелился, исполненный надежды.
Дрожащими пальцами Блэр нащупала кнопку на его джинсах и расстегнула молнию. Она наклонилась и поцеловала его в пупок, предварительно увлажнив его языком. Ее пальцы пробрались в темное гнездо, чем доставили неописуемую радость Шону. В ответ на поцелуй он затрепетал.
Они медленно опустились на пол. Уже без прелюдий их тела слились. Тяга к соитию была так велика, что экстаз не заставил себя ждать. Они достигли его в считанные минуты.
Немного успокоившись, Шон поднял голову, ласково улыбнулся и сказал:
– С добрым утром!