Пьюрити поняла: Онести направлялась к ней. Скоро они снова будут вместе.
Потом она увидела Честити. Высокая и стройная, с большими светло-карими глазами и рыжими локонами, она была прелестна. Однако что-то не давало Пьюрити приблизиться к сестре. Девушка была в опасности. Пьюрити хотелось дотянуться до нее, взять за руку. Какой-то человек подошел к Честити и остановился рядом. Он заговорил с ней, и Честити внимательно его слушала… однако в его облике было что-то отталкивающее.
Образ Честити померк так же внезапно, как и те, что возникали до него, и досада Пьюрити уже готова была вырваться наружу протестующим стоном, но тут перед ее глазами предстало еще одно видение.
Это был Стэн. Она никогда еще не видела его таким. Его тонкое лицо было мертвенно-бледным, глаза выглядели до странности потухшими. Он смотрел куда-то вдаль, пытаясь унять дрожь в руках. В его глазах она увидела страх!
Видение расплылось, сменившись целым калейдоскопом образов, завертевшихся перед ее мысленным взором, — бурлящая вода… несущееся в ужасе стадо… сверкающие дула ружей…
Она услышала, как Стэн звал ее по имени!
Пьюрити усилием воли заставила себя открыть глаза, сердце ее отчаянно колотилось. Дым постепенно рассеивался, медленно уплывая ко входу. Старый шаман молча смотрел на нее через пламя костра. Касс, стоявший рядом с ней, схватил ее за руку, его голос был низким от беспокойства:
— С тобой все в порядке, Пьюрити?
— Да.
Как только Пьюрити поднялась на ноги, Касс обнял ее за талию. Пятнистый Медведь тоже встал со своего места. Она тут же обернулась к старику. Пытаясь справиться с охватившей ее тревогой, Пьюрити сказала старому индейцу всего два слова, которые шли из самой глубины ее сердца:
— Благодарю вас.
Теперь Пьюрити знала, что ей нужно делать.
Пьюрити окинула взглядом горизонт, сердце в ее груди подскочило. Да, она хорошо знала это место: отлогий склон холма вблизи «Серкл-Си». Пряный запах влажного воздуха, небо, казавшееся более голубым, и солнце, светившее ярче, чем где бы то ни было на свете, — все говорило, что родной дом рядом.
Скоро они снова окажутся у себя на ранчо.
Пьюрити бросила взгляд на Касса, молча ехавшего бок о бок с ней. Вид у него был хмурый, и ей не нужно было выпытывать у него причину. Прошла неделя с тех пор, как они, покинув поселок кайова, ехали почти без передышки, поднимаясь до рассвета и продолжая путь, пока не становилось совсем темно.
Касс не протестовал, когда она объявила о своем решении как можно скорее вернуться домой. Он не стал ее расспрашивать о том, чем была вызвана такая спешка. Слова девушки, обращенные перед отъездом к Шепчущей Женщине, были короткими и полными искреннего раскаяния. Чуть позже, уже сидя в седле, она отвела глаза, пока Касс о чем-то тихо беседовал с матерью. Пьюрити заметила огорчение Шепчущей Женщины, вызванное их внезапным отъездом, хотя та и старалась это скрыть.