— Я не хочу это обсуждать!
Фрэнки захрапел.
— Если ты сейчас же мне что-нибудь не скажешь, — истерическим голосом закричала она, — я выхвачу из твоей дурацкой кобуры револьвер и начну из него палить! Не притворяйся, что ты спишь!
Фрэнки закряхтел и повернулся к ней спиной. Серена спустила с кровати ноги и сделала вид, что встает. Только тогда он недовольно пробурчал:
— В чем дело, крошка? Почему тебе не спится?
— Нам надо поговорить о… — начала было она, однако Фрэнки перебил ее и сам закончил фразу:
— Об этом яхтсмене?
— Да, — выдохнула она, не осмелившись произнести имя.
— Я на тебя не в обиде, крошка, — спокойно сказал Фрэнки. — Встречайся хоть с целой флотилией, мне это безразлично.
— Если ты на меня рассердился, так и скажи! — вскричала Серена, словно не слышала его ответа.
— Зачем нам ссориться по пустякам? Все равно в конце лета ты уедешь отсюда. Ты не любишь Илай, а мне этот городок нравится. Так о чем же тогда нам с тобой разговаривать? — резонно промолвил Фрэнки.
— Я не знаю! — прошептала Серена и расплакалась.
Фрэнки повернулся к ней лицом, вздохнул, сел рядом с ней на кровати и, нежно обняв, уложил на спину.
— Не плачь, глупышка! — прошептал он. — Пойми, я бы хотел, чтобы ты здесь осталась. Но я знаю, что этому не суждено случиться, поэтому не хочу даже обсуждать эту проблему.
Серена шмыгнула носом и, перестав плакать, пролепетала:
— Мне жаль, что все так некрасиво получилось с Люком. Он, конечно, славный, но ты все равно лучше.
— Однако у меня нет пяти миллионов долларов, а у него есть, — с улыбкой заметил Фрэнки. — Только не надо лукавить! Разумеется, тебе далеко не безразличны его бешеные деньги. Но я не сержусь на тебя, моя маленькая лгунья. Я все равно тебя обожаю! — пробасил Фрэнки, крепко сжимая ее в объятиях.
— Все считают меня корыстной, называют за глаза охотницей за богатыми кавалерами, но я совсем не такая! — воскликнула Серена. — А ты что обо мне думаешь?
— По-моему, ты само совершенство, — заверил ее Фрэнки.
— Мне кажется, я смогла бы остаться жить в Илае. Во всяком случае, иногда я в этом бываю почти уверена.
— Давай не будем сейчас говорить об этом, — сказал Фрэнки. — Всему свое время. Лично я предпочитаю жить одним днем и не слишком заботиться о будущем. Так лучше для нервов.
— Это правда? — обрадованно воскликнула Серена. — И я такая же!
— Вот и чудесно, — сказал Фрэнки. — Значит, у нас с тобой много общего.
— Я люблю тебя, Фрэнки! — прошептала Серена. — Ну, что же ты снова замолчал? Ты понял, что я сказала?
— Да, слышал, — наконец произнес он и тяжело вздохнул.