Роберт метнул в сторону Мэри взгляд, не предвещавший ничего хорошего, и тихо, с угрозой проговорил:
— Я, кажется, не просил вас вмешиваться, Мэри!
— Но она совершенно права, — произнесла Кэролайн, почувствовав, как напряглась рука Мэри, сжимавшая ее локоть. Она распрямила плечи и вскинула голову, сказав себе, что, несмотря ни на какие превратности судьбы, она остается леди Кэролайн Симмонс — обесчещенной, без гроша в кармане, но все же аристократкой, которая ни при каких обстоятельствах не должна ронять своего достоинства. — Я и в самом деле очень утомлена. — Она повернулась к Мэри, успев краем глаза заметить выражение полной растерянности на лице Роберта. — Будьте любезны, проводите меня в мою комнату.
Но удивление хозяина дома, вызванное тем пренебрежением, которое явно выказала к его персоне юная англичанка, длилось недолго. Не успели Кэролайн и Мэри дойти до середины коридора, примыкавшего к гостиной, как вслед им загремел его раздраженный голос:
— Не очень-то рассиживайтесь там! Я желаю, чтобы вы спустились к обеду. Вы слышите меня?!
— Да такие вопли и глухой расслышал бы, — пробормотала Мэри, поднимаясь впереди Кэролайн по узкой деревянной лестнице. — Но он вовсе не такой скверный человек, каким кажется, — добавила она, останавливаясь на верхней площадке, чтобы перевести дух. — Просто не любит, чтобы ему в чем-то отказывали.
Кэролайн промолчала. Она чувствовала, что ее последние силы были потрачены на противостояние этому человеку. Их не хватило бы даже на это, доведись ей защищать лишь одну себя. Но то, что противный старик принялся кричать на робкую Мэри, придало ей отваги.
— Я очень надеюсь, что вам здесь будет спокойно и уютно, — проговорила Мэри, входя вместе с Кэролайн в небольшую светлую комнату. — У меня оставалась лишь эта материя, и она, по правде говоря, больше годится для платьев, но я подумала, что со свежими занавесками комната будет выглядеть лучше.
— Они просто замечательные! — горячо отозвалась Кэролайн, дивясь тому, что голос ее прозвучал совершенно спокойно и естественно, тогда как в груди ее бушевало пламя. — Мне здесь очень нравится. — Она провела рукой по стеганому покрывалу на кровати. Оно было сшито из того же бледно-желтого материала, что и оконные шторы. — Но мне, право, неловко, что мой приезд доставил вам столько хлопот!
Мэри улыбнулась и сложила руки на округлом животе.
— За шитьем время летело незаметно. Логана нет, и я... Словом, мне бывает очень одиноко. — Она положила руку на плечо Кэролайн и застенчиво проговорила: — Я очень рада вашему приезду, — и, внезапно нахмурившись, с тревогой спросила: — Вы действительно чувствуете себя нормально? Уж больно холодные у вас руки! И лицо совсем бледное! — Она сжала пальцы Кэролайн и ласково заглянула ей в глаза. — Не бойтесь! Все не так плохо, как вам может показаться.