В вестибюле во все стороны протянулось море кроваво-красного ковра, на котором островками расположилась обитая кожей мебель; море разбивалось об утес из марсианского базальта. Утес представлял собой длинную изогнутую стойку регистратора. Он был черный, как и вся прочая отделка вестибюля, и отражал свет хрустальной люстры высоко под потолком.
За стойкой появилась прелестная молодая женщина. Ее лицо в свое время подверглось биоскульптурной обработке и теперь напоминало лицо одной из звезд голографического кино, груди тоже познакомились с ножом хирурга, а зубы были такие белые, что ослепляли своим блеском.
— Добрый вечер, гражданин Ландо, гражданка Вендин, добро пожаловать к Счастливчику Л у. Одну комнату или две?
Ландо глянул на Венди. Слова, которые соскочили у нее с языка, удивили их обоих:
— Две комнаты, пожалуйста.
Венди увидела обиду в глазах Ландо и даже почувствовала ее, но при девушке ничего сказать не могла.
А что надо было сказать? Что принять такое решение ее заставил запах паленых волос? Что мир Ландо был очень жестоким для нее? Или что сам Ландо слишком жесток, чтобы жить в ее мире? Не в том, который существует сейчас, но в том, который она надеялась построить?
Голос регистратора вернул Венди к реальности:
— Если вы поставите отпечаток вашего пальца здесь… наша система безопасности запишет ваш отпечаток… и он будет служить вам вместо ключа. Ваши комнаты — четырнадцать-ноль-четыре и четырнадцать-ноль-пять. Морис отнесет ваши вещи.
Венди нажала большим пальцем на электронную пластинку, Ландо сделал то же самое, и они пошли к лифтам. В лифте оба молчали.
Двери с шипением открылись, Ландо вышел, посмотрел в обе стороны коридора и пошел налево. Венди — за ним. В длинном пустом коридоре, покрытом толстым ковром, им повстречался только маленький робот-уборщик. Есть ли другие постояльцы? Как может полупустой отель зарабатывать деньги? Цены, наверное, астрономические.
Венди почувствовала себя виноватой — за то, что Ландо потратил столько денег, что она отказала ему, да еще и за то, что чувствует себя виноватой.
Они миновали робота, и Ландо остановился у открытой двери. Морис каким-то образом ухитрился попасть на этаж раньше них и уже выгружал скафандр Ландо.
— Ну вот мы и пришли, — Ландо обернулся к ней. Венди заглянула ему в глаза. Он смотрел настороженно.
Проклятье, проклятье. Физическая привлекательность никуда не исчезла. Если бы…
— Пик, мне очень жаль.
— Ничего, — заставил себя улыбнуться Ландо. — Я понимаю.
Венди посмотрела на него, желая убедиться, что он действительно понимает. Встав на цыпочки, она поцеловала его в щеку.