Люк улыбнулся:
— Правда?
— Правда, — ответила Лея саркастическим тоном. — Они говорят, что он никогда не играл грязно.
— Меня это не удивляет.
— А меня удивляет, — ответила Лея. — Мне вообще трудно поверить во многое из того, что они говорят. Все, кто его знали, в восторге от него. До сих пор.
— Лея, он был просто ребенком. Ты думаешь, он родился в черном шлеме с респиратором? — Лея вспомнила сон на Татуине.
— Приходила на ум такая мысль. — Она замолкла, думая, стоит ли — осмелится ли она сказать ему об э этом. Ей казалось, что это словно сказать кому-то, как он умрет… лучше этого не слышать. — Люк, ты ничего странного не чувствовал на Татуине?
— Поточнее, — сказал Люк. — Ты знаешь, что за место — Татуин.
— Не знаю. Его присутствие или твое. — Лея рассказала о своих беседах с Вальдом и Тимто и о странном чувстве, будто ей привычен Мос Эспа, умолчав лишь о своем сне. — Мне кажется, будто Сила ведет меня по пути Скайвокера, и мне это не нравится.
Голова Люка увеличилась, он наклонился к прибору.
— Тебе не должно нравиться. Просто не сопротивляйся.
Лея ощутила, как закипает ее гнев.
— Ты хочешь сказать, простить его.
— Я хочу сказать, верь тому, что увидишь, — голос Люка стал суровым. — Лея, Сила никому не подчиняется. Присутствие, которое ты ощущаешь, не связано ни со мной, ни с моим отцом. Если Сила воздействует на тебя, она тебе ответит.
— Невозможно, — сказала Лея. — Я не джедай.
— Тебе не надо быть джедаем, чтобы пасть жертвой собственного страха и гнева.
— Мне? — Лея покачала головой. — Я могу волноваться за Хэна, но я не боюсь в том смысле, о котором ты говоришь, — и я ни на кого в данный момент не злюсь.
Люк ничего не сказал. Он ждал. Изображение дрожало, но, по-видимому, брат терпеливо смотрел на Лею.
— Ни на кого живого, — поправилась она. — Дарт Вейдер не в счет.
— Не совсем. Тебе не с Дартом Вейдером надо примириться. Сила с тобой, и ты не можешь этого изменить. — Люк наклонился так близко к голокомму, что Лея видела лишь его глаза — мягкие, голубые, чуть размытые дрожащей голограммой. — Лея, ты можешь быть в опасности. Будь осторожней, иначе твой гнев и страх превратят тебя в то, что ты презираешь.