Никогда за всю свою жизнь Кэтрин никому не была нужна. Только дедушке, он единственный болел за нее. Кэтрин молча сидела и смотрела на спящую малышку. Хоть бы сегодня обошлось без кошмаров. Она нежно поцеловала Дженни в щеку и вышла из комнаты.
Разбудил ее телефонный звонок. Она взглянула на часы — половина шестого. Дженни не проснулась. Кэтрин встряхнула головой, отгоняя обрывки сна — весьма эротического сна с участием Скотта. Она встала с постели и еще сиплым голосом проговорила в трубку:
— Алло.
— Мисс Фэрчайлд?
Мужской голос, но она не могла его узнать и окончательно проснулась.
— Кто говорит?
— Это сержант Кэсвелл. Ее охватила тревога.
— Да, сержант, чем могу быть полезна?
— Нам нужен кто-то для опознания…
— Опознания? — У нее сорвался голос.
— Да, Тома и Ванды. Они вернулись в пункт неотложной помощи, чтобы сделать перевязку. Наш патруль их засек, и они попытались удрать на мотоцикле. Случилась авария…
У нее перехватило дыхание, защемило сердце.
— Конечно, сержант. Сейчас я приеду. — Она опустила трубку и с минуту стояла неподвижно, не зная, что предпринять. Оставлять Дженни одну нельзя, а уж брать с собой тем более.
Она снова подняла трубку и набрала номер Скотта.
Потом оделась, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Дженни, сварила кофе и принялась расхаживать взад-вперед по кухне в ожидании Скотта. Он сразу согласился приехать и посидеть с Дженни. Но, казалось, прошла целая вечность, прежде чем она услышала урчание мотора и бросилась к двери.
— Линн! — Она посторонилась и пропустила в дом Скотта с матерью.
— Мама возьмет Дженни к себе и присмотрит пока за ней.
Умница Скотт, сразу во всем разобрался.
— Не тревожьтесь ни о чем. Утром я отвезу ее в центр. — Линн улыбнулась Кэтрин и обняла ее. Та еще не пришла в себя от удивления.
— Ну что ж…
— Мы едем вместе. Я не могу отпустить тебя туда одну. — Это был не вопрос — Скотт полностью взял командование на себя. — Покажи маме, где вещи Дженни.
За всю дорогу от морга Кэтрин не проронила ни слова. Они вместе вошли в дом и поднялись наверх. Она рухнула на диван и застыла в прострации. Он сел рядом, обхватил ее за плечи и успокаивающе прижал своими сильными руками к себе.
Наконец Кэтрин заговорила, будто сама с собой:
— Ведь за все время, что Дженни в центре, она ни разу не спросила о матери. И только во время ночных кошмаров зовет ее. — Она устремила на Скотта взгляд, исполненный муки. — Как я ей скажу? Как сказать, что она никогда больше не увидит своей матери, что та не придет за ней?