— Мне очень жаль, но, похоже, что так. Мы сделали все; что в наших силах. Здесь наши доклады. Прочитайте их, если захотите. Вдруг вам что-нибудь поможет. Да, чуть не забыл! У меня есть несколько записей «Рафаэля», когда шоу шло еще в Техасе. Я не смотрел, но, говорят, что это просто ужас.
— Тогда почему вокруг такая шумиха?
— Не знаю. Фрэнк посмотрел пару передач и сказал, что шоу отвратительно, это напрасная трата денег. Нечто из серии, как три марионетки решили стать пиратами.
— Вот будет смешно, когда заведомо провальное шоу покажут по национальному каналу, — сказал Ас.
— Тогда все, что он нам оставил, не имеет никакой ценности. Деньги не берутся из воздуха, — добавила Фиона.
— Почему бы вам сегодня днем… — снова начал Майкл.
— Мы дадим тебе знать о себе, — прервал его Ас. — Если узнаешь еще что-нибудь, тоже сообщи, — Ас намекал, что Майклу здесь больше делать нечего.
— Конечно, — Майкл заглянул в чемодан, чтобы убедиться, что он ничего не упустил. — Я позвоню через два-три часа.
— Хорошо, — ответил Ас, провожая брата до двери.
Когда он вернулся, Фиона уже читала биографию Роя Хадсона.
* * *
— Чепуха! — сказал Ас, бросая на столик множество страниц, которые тут же рассыпались.
Фиона поняла, что теперь ее черед быть спокойной и здравомыслящей:
— Мы так ничего не выясним, если ты будешь мять документы.
Она наклонилась, чтобы поднять бумаги, но внезапно облокотилась на кушетку и замерла. Как может такая красивая комната быть похожей на тюрьму?
Мысль о тюрьме заставила ее вернуться к бумагам. Они читали доклады несколько часов подряд, не находя ничего интересного, потому что нечего было на ходить. Жизнь Роя Хадсона оказалась не богата волнующими событиями, если, конечно, не считать за них три его брака. Причинами всех трех разводов всегда были другие женщины.
— Этому плюшевому мишке все симпатизировали, — с горечью сказала Фиона. — Но могу поспорить, что никто не любил его, когда он был национальным никем.
— Противоположностью национальной знаменитости? — улыбнулся Ас.
— Точно! Нашел хоть что-нибудь?
— Ничего.
Ас читал про Серого, о котором наскребалось совсем мало информации. Он хотел прочитать все раньше Фионы, на случай, если данные придется рецензировать. Но Серый не афишировал свои дела, и репортеры о нем практически не писали.
В час дня Фиона зевнула и заявила, что пойдет в душ.
— Опять?
— Здесь особая среда. От нее у меня очень быстро пачкаются волосы.
— Когда вымоешься, мы обсудим твои ночные записи. Может, там есть что-нибудь стоящее. А я пока посмотрю видеокассету.
— Смотри, — донеслось из-за закрытой двери ванной.