— Наверняка знают. Но они хотели здесь остаться. Они хотят жить на этой планете, так неужели же они не могут немного потерпеть, пока мы убедимся в том, что Арома по-прежнему безопасна для людей? А что, если это не так? Если этим «курортом» теперь распоряжаются силы, о которых мы не имеем ни малейшего понятия? Подожди хотя бы до тех пор, пока мы доберемся до колонии и выясним, что здесь происходит! Мы не имели известий от колонистов с Аромы в течение нескольких лет. И меня, кроме всего прочего, послали выяснить, что случилось с туристским лайнером, который отсюда не вернулся.
— Я ничего не знал об этом лайнере, и я, разумеется, подожду. Но все равно мне кажется, ты относишься к моим десантникам, как к своему силовому обеспечению, совершенно забывая о том, почему они поддержали тебя и для чего высадились на Арому!
— Вовсе нет, Миша. Я лишь хочу, чтобы все мы остались живы.
Этот последний аргумент и то, что Ротанов впервые назвал его по имени, словно подчеркивая этим, что период официальных отношений между ними остался в прошлом, приглушил запал Зарудного. Спор на какое-то время сам собою угас, хотя Ротанов подозревал, что возникшее противоречие не разрешено и еще даст о себе знать, когда придется решать вопрос о том, остаться ли десантникам в колонии или обеспечивать Ротанову силовое прикрытие, если ему потребуется более глубокое исследование планеты.
Через час, преодолев очередной невысокий холм на опушке леса, они неожиданно обнаружили перед собой хорошо оборудованную трассу, ведущую в никуда. Прямо перед ними она обрывалась, рядом с первыми деревьями, словно отрубленная ножом.
Вокруг не было никаких следов строительных работ, да и сама трасса, выполненная из литрона, не несла на себе примет движения. Новенькая, словно только что отлитая, поверхность дороги насмешливо поблескивала девственной чистотой, а линия среза там, где дорога кончалась, выглядела слишком ровной для строительных работ, которые почему-то не успели завершить.
Было совершенно непонятно, зачем вообще понадобилась эта дорога, упиравшаяся в лесную чащу.
Зарудный поковырял покрытие, тщательно осмотрел местность в свой бинокль и, пожав плечами, произнес:
— Этот материал используется для покрытия дорог во всех наших колониях. Трассу строили люди, и я не понимаю, почему строительство было прервано так неожиданно, зачем трассу подвели к самому лесу, не подготовив участок для дальнейшей прокладки. Им следовало хотя бы расчистить просеку!
— Вот и у тебя уже начали возникать вопросы, на которые нет ответов. Но один положительный момент для нас в этой дороге есть. Она идет строго на запад. И, скорее всего, заканчивается в городе. Больше нам не придется продираться через заросли.