Ужаснее всего выглядело лицо. Покрывавший его прах не мог скрыть страшных увечий. Один глаз был вырван, вернее – вырезан вместе с державшими его мышцами, горло, лоб и щеки располосованы в лапшу.
Одна из ран, самая длинная и глубокая, рассекла десну до кости, так что губы сложились в жестокий оскал, а в уголке рта застыла серебристо-розовая пена.
Согнувшись пополам от резкого позыва к рвоте, Поль сорвал с лица маску, но его желудок был пуст. На поверхность сознания всплыл единственный вопрос: зачем Шиффер пришел сюда? Кто его убил? Что за существо способно дойти до подобной степени варварства?
В это мгновение он рухнул на колени и разрыдался. Слезы текли по щекам, но он не сдерживал их, не вытирал размазавшуюся по лицу грязь. Он плакал не о Шиффере.
И не об убитых женщинах, ни даже о той единственной, что получила отсрочку и находилась сейчас в бегах.
Он оплакивал себя.
Он рыдал над собственным одиночеством и тупиком, в котором оказался.
– Кажется, нам пора поговорить?
Поль резко обернулся.
Ему улыбался незнакомый мужчина в очках – он был без маски, длинное, посиневшее от пыли лицо напоминало сталактит.
– Значит, это вы вернули Шиффера в строй?
Голос звучал громко, ясно, почти весело, попадая в тон яркой синеве неба.
Поль отряхнул пепел с куртки, шмыгнул носом – к нему вернулись остатки самообладания.
– Да, мне были нужны его советы.
– Какие именно?
– Я работаю над серией убийств в турецком квартале Парижа.
– Вы получили одобрение начальства?
– Ответ вам известен.
Человек в очках кивнул. Он не только был высок – от него так и веяло превосходством. Гордо посаженная голова, задранный вверх подбородок, высокий лоб, обрамленный седыми кудрями. Важный чиновник в расцвете лет, похожий на ищейку.
Поль выдохнул вопрос:
– Вы из Генеральной инспекции?[11]
– Нет, я Оливье Амьен. Международный наблюдательный комитет по борьбе с оборотом наркотиков.
На прежней работе Поль часто слышал это имя. Амьен считался главным человеком во Франции в области борьбы с наркотиками, он одновременно возглавлял Бригаду по наркотикам и международные службы по борьбе с распространением наркотических средств.
Они углубились в аллею, похожую на мощенную булыжником улочку XIX века, и пошли в другую от колумбария сторону. Поль заметил могильщиков – они курили, привалившись спинами к стене склепа, и обсуждали невероятную утреннюю находку.
Слова Амьена были полны недомолвок:
– Насколько я понимаю, вы сами работали в Центральном бюро по борьбе с наркотиками...
– Несколько лет.
– Чем занимались?
– Так, по мелочи... В основном Североафриканскими сетями – индийской коноплей.