Крестьянин пропалывал ряды капусты деревянной тяпкой, когда тень прошла над ним. Облако, птица – его не заботило. Сибирское лето настолько же коротко, насколько горячо солнце. Зима настанет снова гораздо раньше, чем кто-либо хотел бы этого. И если он не вырастит достаточно пищи – ну, тогда наверняка он будет голодать. А голод сибирской зимой лишь на волосок отличается от смерти. Он провел тяпкой по сорнякам. Немая тень дрейфовала над ним, снова заслонив солнце. Что-то большое?
Он взглянул вверх и замер от неожиданности, широко раскрыв рот. Черный цилиндр опускался прямо на него.
– Боже мой! – закричал он слабо, наблюдая, как предмет опускается.
Зрелище, должно быть, подавило его. Тяпка выпала из окостеневших пальцев, а предмет обогнул его и степенно замер на грунте в капустном поле. До того, как он смог двинуться, на боку объекта открылось отверстие, и вышла серебряная фигура. Крестьянин пронзительно завизжал и побежал. Надя крикнула ему вслед:
– Вернись ты, дурак! Разве ты не видел космонавтов?!
У нее был московский акцент и твердый властный тон. Он подчинился, не в силах унять дрожь. Надя указала на группу белых зданий менее чем в километре по грунтовой дороге.
– Это колхоз? Хорошо. Там есть телефон? Еще лучше.
Она повернулась и сказала по-английски Робу, который протиснулся в люк и присоединился к ней на земле:
– Я могу связаться по телефону. Держи Српарра внутри. Этот крестьянин может умереть от разрыва сердца, если увидит что-нибудь подобное. Не отходи далеко. Я вернусь, как только позвоню.
Крестьянин наблюдал, как Надя направилась по дороге к ферме, затем обернулся и впервые обнаружил ущерб, причиненный его полю.
– Капуста!!... – взвыл он.
– Нс беспокойся о своей чертовой капусте! – буркнул Роб, внезапно ощутив сильную усталость. – В опасности Земля. – Путешествие к Луне и обратно сильно утомило его, и сейчас его не волновала поврежденная капуста. Достаточная часть его чувств передалась крестьянину, и тот удалился суетливой рысью.
Роб присел в тени капсулы и стал ждать.
Он видел, как Надя пошла обратно от здания фермы, и она была только на полпути к капсуле, когда прибыл первый из вертолетов. «Военные здесь весьма оперативны, – подумал Роб. – Воздадим им должное».
Вертолет пробудил к жизни вихри пыли, когда сел в поле. Лопасти только начали останавливаться, когда Надя подошла к нему и заговорила с пилотом. Как только она сделала это, отделение солдат спрыгнуло из машины и развернулось строем, чтобы обеспечить прикрытие со всех сторон. Они не приближались к капсуле. Надя взяла узел из рук пилота перед тем, как вернуться к Робу. Затем тяжело уселась рядом с ним в тени. Ее лицо было влажно от пота и покрыто густой маской пыли.