– Может быть, очень много, мистер Бартслер. Лучше скажите мне откровенно: зачем она приходила?
– Предлагала купить мне шахту.
– Значит, вы не припоминаете?
Кровь прилила к лицу Бартслера, глаза гневно блеснули, не оставляя ни тени сомнения в том, какие чувства он испытывает.
– Мне не нравится ваш тон, мистер Мейсон. Не нравится ваш подход. Я точно сказал, зачем она приходила.
– Время было довольно необычное для визита пожилой дамы по делу о шахте.
– Я тоже так считал, – ответил Бартслер. – И, собственно, не понимаю, почему Фрэнк Гленмор принял ее. Конечно, у нее было убедительное объяснение столь позднего визита, она говорила, что работает целыми днями и может придти только вечером. Утверждала, что не собиралась продавать шахту, пока от кого-то не узнала, что я иногда покупаю… Так, обычный деловой разговор. Но, может быть, вы мне скажете, мистер Мейсон, почему вы придаете этому такое значение. Потому что она видела Диану Рэджис, выходящей из такси, и дала ей денег заплатить за поездку? Что касается этого, то здесь нет никаких сомнений. И я не вижу какое значение это может иметь для дела Дианы. Эти деньги даме были возвращены.
– Вы помните, как ее звали? – невинно спросил Мейсон.
– Да, если не ошибаюсь, миссис Кэннард. Но то, что она хотела продать, это собственно была не шахта, а только заявка на шахту. Взятые пробы показали наличие высокопроцентной руды, но разработка месторождения не вышла из вступительной стадии. Одним словом, ничего, что могло бы меня заинтересовать.
Мейсон сосредоточенно курил, не сводя с собеседника взгляда. Могло показаться, что его лицо высечено из гранита.
– Ваша знакомая, миссис Д.С.Кэннард, имеет домик с обширной площадкой на Лоблэнд Авеню, тридцать шесть девяносто один. До того дня, как она вас посетила, она жила на доходы с довольно необычной и оригинальной профессии. Потому что я даже не знаю можно ли назвать это профессией.
– А именно? – спросил Бартслер. – И откуда вы о ней столько знаете?
– Она содержала что-то вроде детского садика для детей различного возраста, – сообщил Мейсон. – Вам это ничего не говорит?
– Вы еще спрашиваете? – почти крикнул Бартслер. – Вы думаете, что она могла что-то знать о моем внуке?
– Все говорит за то, что ваш внук находился под ее опекой. А после визита к вам, она исчезла. Ну, может быть теперь мы закончим эту игру в прятки?
Бартслер резко протянул руку в направлении стола и лихорадочно нажал на кнопку звонка. За стеной раздался звонок.
– Вы совершенно правы, – гневно бросил он. – Уж теперь я узнаю правду.
Через минуту в библиотеку зашел Фрэнк Гленмор. При виде гостей он приветливо улыбнулся.