Миша вдруг подумал, что это все похороны. Неизвестно почему. Похороны, и все тут. Ему захотелось матернуться. Он сдержался. Близкая подруга покойного — справа от Миши — хлестала водку как кефир и после каждой порции громко и как-то даже требовательно икала. Слева сидел потный дядя усопшего с багровым разбухшим носом и мешками под глазами. Он скалил гнилые зубы, то и дело хлопал Мишу по плечу, слюняво чавкал, плевался и требовал, чтобы «этот бравый сержант, армейский друг нашего Димочки» пил еще. С одной стороны, Мише хотелось хлобыстнуть грамм триста, чтобы меньше обращать внимание на окружающих. С другой стороны, его инстинкт злой бродячей дикой собаки сигнализировал, что пить не стоит. Миша не стал пить. Он лениво поковырялся в винегрете, глотнул котлету, воткнул вилку в хвост шпротине и заскучал.
Врубили музыку. Завыли хриплыми голосами блатные — о трудностях и невзгодах зэковской жизни, о голубях над зоной, об импотентской действительности одного нью-йоркского таксиста. Миша блатных терпеть не мог.
— Записей «Машины» здесь нету? — спросил он через стол у чернявого штымпа, только что опроставшего очередной фужер беленькой.
— Чего? — тупо уставился тот на Мишу.
— Понятно, спасибо…
Встречины все больше превращались в обыкновенную пьянку. Все жрали, пили и ржали. Миша зевнул и посмотрел на часы.
После очередного тоста присутствующие с гоготом и топотом, тиская баб и влетая задницами в мебель, пошли в пляс. «Пора линять», — подумал Миша. На другом конце стола кто-то (Мише не было видно, кто) масляным голосом рассказывал анекдот:
— Короче, приходит жидовский мальчик из школы домой.. Миша поднялся и начал пробираться к выходу. На него никто не смотрел. Осторожно обогнув гарцующих, потных, с безумными глазами, людей, он уступил дорогу несшемуся вприсядку и, кажется, потерявшему управление мужику и пробрался к двери в коридор.
— …что ты, Абраша, в школу в дубленке — слишком жирно… Все ржали. В коридоре, снимая с вешалки шинель,
Миша прислушался. Из-за угла — из кухни — доносились голоса.
— …А этот жидяра-санинструктор? — спросил сильный низкий голос.
— Да, — ответил голос Левашова, — он тоже.
— Дрочил?
— Ну, — утвердительно произнес Левашов. — Он же здоровее меня, дед, да и власть у него была.
— Но комиссацию ведь он тебе помог сделать? — спросил третий голос.
— Он. Но он за это денег требовал. И, если че не по его, сдать начальству обещал или хлопнуть втихую.
— Так он сюда за бабками прикатил?! — зло спросил первый голос.
Ответа не последовало — наверное, Левашов кивнул.
— Сука, все они, жиды драные, такие! — продолжал возмущаться первый голос. — Только бы деньгу скачать!..