— А зачем вообще на что-то ссылаться? Неужели нельзя признаться, что мы хотим одного итого же?
— Нет. Что это вы здесь делаете в такое время?
— Не важно. — Кэй вздохнула. — А вы? Заменяете кого?
— Ну да, — кивнул Салливан, закуривая сигарету. — Жену Дейла срочно отвезли в родильный дом.
— Ну и как там? — улыбнулась Кэй. — Родила? — Мальчика. Около трех утра. Оба чувствуют себя хорошо. Дейл места себе не находит от радости.
— Прекрасно. — Кэй знаком предложила Салливану присесть.
Он безропотно подчинился.
— Сал, милый, неужели нельзя начать все сначала? Уорд затушил недокуренную сигарету, тяжело вздохнул и погладил ее по голове. Кэй слабо улыбнулась и прикрыла глаза. Он слегка взъерошил ей волосы и хрипло сказал:
— Увы, Кэй.
— Но почему?
— Потому. — Салливан резко поднялся. — Я просто боюсь вас. Так боюсь, как никого в жизни не боялся.
Снег валил целый день. Ежегодное празднество в канун Дня всех святых должно было начаться в отеле “Мариотг” в семь вечера. Приглашены были все дикторы и ведущие программ. Наряженная принцессой из детской сказки, Кэй открыла дверь в зал и сразу же увидела Салливана. Глаза его весело блестели, не было заметно и следа усталости, хотя спал он сегодня не более получаса у себя в кабинете.
Нервно улыбнувшись Салливану, Кэй почувствовала себя глупо в этом маскарадном платье. На голове у нее красовалась серебряная корона, распущенные серебристо-пепельные волосы ниспадали пышным каскадом по обнаженным плечам. В руках — волшебная палочка. С трудом преодолевая соблазн коснуться ею могучего плеча этого красавца, Кэй робко приблизилась к нему.
— Чудесно выглядите! Настоящая принцесса. Дети просто влюбятся в вас. — Салливан машинально поправил ее выбившийся локон.
В большие двери ворвались со смехом и воинственными криками ребятишки от трех до двенадцати лет. Было их тут не менее двух сотен. Они обступили принцессу, каждый хотел к ней прикоснуться. Затем пятеро строгих наставников рассадили детей по местам. Взглянув на Салливана, Кэй увидела, что и на него явно произвело впечатление это брызжущее энергией и весельем детство.
Принесли угощение, и дети набросились на еду так, словно неделю голодали. На десерт подали мороженое, ореховый торт и шоколадные пирожные.
Салливан поднялся, прося тишины, хлопнул в ладоши и обратился к собравшимся с краткой речью. Последние слова о подарках для каждого утонули в шумных аплодисментах. По его знаку Джефф, Туз Пик и Дейл Китрелл разнесли затейливо перевязанные разноцветными лентами коробки. Обнаружив внутри яркие курточки на пуху, дети радостно загалдели.