Сдерживаемые Джейд страхи снова выплыли наружу. Опять эти «что, если» завертелись в ее голове. Что, если Дункан примет ее за сумасшедшую? Что, если он обвинит ее в исчезновении Меган? Что, если он хочет именно Меган?
— Я вернулась, — сказала она, с трудом разлепляя губы.
Он так и не посмотрел в ее сторону.
— Я тебя ждал.
Джейд решила не обращать внимания на его ледяной тон, успокаивая себя мыслью, что, возможно, его что-то расстроило во время ее отсутствия. Она указала на бокалы:
— У тебя были гости?
Дункан кивнул.
Она уже знала, как он ненавидит, когда его отвлекают от работы. Возможно, это объясняет его плохое настроение.
— Как прошел ленч? — Он наконец повернулся и взглянул на нее. Его лицо казалось выточенным из куска алебастра.
Под его взглядом Джейд растерялась. Боже всемогущий, что с ним случилось и почему он так на нее смотрит? Не важно, скомандовала она себе. Это не имеет никакого значения. Самая важная вещь — сказать ему правду. Прямо сейчас, пока силы ее не покинули.
— Ленч был великолепен, — ответила она.
— Могу поклясться, — пробормотал Дункан.
Она хотела присесть рядом с ним, дотронуться до его руки, чтобы начать разговор, но не посмела. Она стояла молча, пригвожденная к месту собственной неуверенностью.
— Я хочу тебе кое-что сказать. Такое, во что с трудом можно поверить, — начала Джейд беспомощно.
Он отвернулся от нее, наклонился и налил себе полный бокал бренди. Затем выпил его так, будто бы это был лимонад.
— Пожалуйста, Дункан! Почему ты от меня отвернулся? Я не могу разговаривать с твоим затылком. А разговор очень важен для нас обоих.
Он с силой поставил бокал на стол, так, что тот чуть не разлетелся на куски.
— Мы можем обойтись без этого разговора. Я знаю, что ты собираешься сказать.
— Но ты даже не можешь себе представить, о чем…
— Заткнись! Помолчи хотя бы раз в жизни.
Дункан вскочил на ноги так неожиданно, что перевернул стол. Осколки бокалов разлетелись по полу.
Она почувствовала, что под его тяжелым взглядом ее решимость тает.
— Ради нас двоих, ты должен меня выслушать!
Он начал надвигаться на нее.
— Если в тебе есть хоть капля порядочности, хоть какое-то внимание не только к себе, но и к другим, то ты сейчас уберешься отсюда к черту, пока я не сделал ничего такого, о чем нам обоим придется потом сожалеть.
Самые худшие ее предположения оправдывались. Каким-то образом он узнал, что она не Меган, и сейчас ненавидит ее за ложь.
— Убирайся! — повторил он.
Джейд почувствовала, что ее ноги словно погружаются в трясину. Она с трудом сделала один шаг к выходу, затем другой. Она не помнила, как открыла дверь и вышла на улицу, где ливень сразу же промочил ее до костей. Следующее, что она осознала, было то, что она сидит в «паккарде», рыдая и содрогаясь, и заводит мотор.