Фрост неодобрительно покачал головой, отметил при случае, что у него прибавилось седых волос, а затем выключил свет и вышел из ванной.
О’Хара как раз досматривал вестерн. Фрост налил себе в стакан немного виски из бутылки, которая стояла на столе, и сделал глоток. Блаженное тепло растеклось по пищеводу и достигло желудка.
— Ты неплохо разбираешься в выпивке, О’Хара, — с уважением сказал он. — Хорошая вещь.
Ирландец поднял на него свои водянистые холодные глаза.
— Зато в друзьях, похоже, не разбираюсь совсем.
— Ну, я бы не сказал, — улыбнулся Фрост. О’Хара поднялся на ноги и выключил телевизор. Потом они одновременно посмотрели на спящую Джессику Пейс. Фрост никогда еще не видел у нее такого умиротворенного выражения лица. — Ты что, снотворного ей подсыпал? — спросил капитан.
О’Хара покачал головой.
— Нет, я таким не занимаюсь. Просто она очень устала, и двух глотков виски хватило, чтобы наша кошечка отрубилась.
— Ну и хорошо, — сказал Фрост, снова прикладываясь к стакану.
— Слушай, у тебя остались те штучки из моих револьверов? Меня всегда раздражали черные винтики на хромированных пушках.
— Да, кажется.
Фрост полез в карман и достал то, что просил ирландец. О’Хара схватил их левой рукой; в правой у него уже была отвертка.
— Я начинаю опять тебя уважать, — сказал он. — По крайней мере, ты их не выбросил.
О’Хара уселся за стол, положил на него свое оружие и принялся за переустановку винтов.
Фрост плеснул себе еще виски и опустился на стул рядом с ирландцем.
Браунинг и “Узи” он уже почистил и смазал, пока Джессика занимала душ. Не поднимая головы, О’Хара спросил:
— Так ты думаешь, что наша крошка свихнулась, ведь так?
Фрост невольно перевел взгляд на Джессику, которая лежала на диване за спиной ирландца.
О’Хара заметил это и хмыкнул, посмотрев на Фроста.
— Не беспокойся. Если она не проснулась, когда индейцы штурмовали форт Джонс, то и теперь не проснется. Лучше ответь на мой вопрос.
И он опять склонил голову над своими револьверами.
— Может быть, — медленно произнес Фрост. — Все может быть, но мне кажется, это просто от перевозбуждения.
— Ага, так значит ты все-таки думал об этом, а?
— Ну… я…
— Слушай, маэстро. Если она действительно психованная, то на наши задницы может свалиться куча проблем, ты это понимаешь?
— Тогда почему ты пришел нам на помощь, там, возле вертолета?
— Вот, наконец-то ты этим поинтересовался. А то я уж начал вспоминать, не был ли чего тебе должен. Уж очень ты спокойно к этому отнесся, просто принял как должное. Ладно, я скажу тебе. Это все потому, что ты не пристрелил меня, когда имел такую возможность. И не позволил ей это сделать.