Он так увлекся этим занятием, что не заметил: окружающая его реальность, и без того зыбкая, стала трещать буквально по швам…
Романцев почувствовал внезапный приступ сильной тошноты, к которому тут же добавилась немилосердная головная боль. Однажды, сравнительно недавно, с ним уже случалось нечто подобное, когда его с диагнозом «острое пищевое отравление» определили в Центральный госпиталь МВД… Он обхватил пылающую голову руками, словно опасался того, что его череп вот-вот расколется, как грецкий орех под ударом молотка, а в следующее мгновение его буквально вывернуло наизнанку…
После того как он опорожнил свой желудок, ему стало чуть полегче. Кое-как он поднялся с кресла, но почва под ногами казалась настолько зыбкой, что он боялся ступить даже шаг. Его шатало из стороны в сторону, как пьянчужку, вдобавок к этому у него, кажется, начались глюки: ему почудилось, что часть стены перед ним куда-то исчезла, а из образовавшегося провала на него смотрят чьи-то налитые кровью глаза, явно не человеческие — и в этом кинжальном взгляде читается такая жуть, такая ненависть и яростная злоба, что у Романцева буквально кровь застыла в жилах…
В этот пиковый момент в помещение торопливо вошел один из охранников. Он был одет в комплект боевой амуниции, смахивающей одновременно на экспериментальный боекомплект «Гроза», который Романцеву доводилось видеть на одном из закрытых показов спецтехники и боевого снаряжения, а также в каких-то элементах на штатовский образец личного комплекта «объективного оружия», описание которого он встречал в одном из зарубежных журналов.
Впрочем, ему сейчас было не до этих тонкостей… Охранник, появившийся очень кстати, успел подхватить Романцева, готового уже рухнуть навзничь. Усадив своего подопечного на диван, он стащил с правой руки перчатку, покопался в одном из нагрудных клапанов, затем, вооружившись шприц-ампулой, сделал Романцеву спасительную инъекцию…
— С ним все нормально, — это были первые слова, услышанные Романцевым после длившегося какие-то мгновения забытья. — Ну как засекли наш объект, это понятно… Видно, следящие датчики фонят… Ты их видишь, да? Двое, говоришь?
Романцев, который после сделанной ему инъекции как-то даже неожиданно быстро пришел в себя, показал рукой на противоположную стену:
— Там… Я видел! Какая-то жуткая тварь на меня глядела…
Но стена, к его изумлению, вновь стала непроницаемой, и никакой «жуткой твари» он более не наблюдал. К тому же вскоре выяснилось, что охранник, чью голову украшал сферический шлем с полуприподнятым матово-черным забралом, переговаривается вовсе не с ним, а с кем-то другим, кто находится снаружи, за пределами коттеджа…