Встав на цыпочки, Лейла поцеловала его в щеку.
— Пожалуйста, не беспокойся за меня, Энтони. Я бы не стала выходить замуж за Данте, если бы по-настоящему не любила его и не верила, что могу сделать его счастливым. Но спасибо тебе за заботу.
— Может быть, Лейла, тебе стоит подумать, сумеет ли он сделать тебя счастливой. Ведь ты сама совершенно справедливо недавно объясняла мне: чтобы брак был счастливым, оба должны стараться.
Лейла тупо смотрела в темный потолок над кроватью. Клео и Мэв спали. Внизу часы на камине пробили одиннадцать. Через час начнется день ее свадьбы. Через двенадцать часов она станет миссис Данте Росси.
Взгляд скользнул к двери. Там на крючке висело ее свадебное платье. Шелковый креп светлее, чем глаза Данте, свободного покроя. На туалетном столе — шляпа и перчатки. Отделанная тканью коробка со светлыми замшевыми туфлями стоит на полу.
— Аквамарин — это твой цвет, Лейла, — сказала Эллен в тот день, когда они купили платье. —Данте не сможет оторвать от тебя глаз.
Все не так, подумала Лейла, сбрасывая одеяло. Надо встать и открыть окно. Даже если она наденет мешок, он не заметит.
Легкий ветерок пробежал по телу, лаская грудь и живот. Еще одно призрачное воспоминание о тех временах, когда Данте находил ее тело чарующим.
Что может вернуть его? Обручальное кольцо? Подпись под свидетельством о браке? Она не может достучаться до его сердца. Так сможет ли она притворяться обожаемой женой на людях, тогда как на самом деле будет как ненужная мебель, задвинутая в угол?
Вопросы сыпались на нее градом. И на них не было ответов.
Что это за невеста, которая не знает: хватит ли у нее выносливости выдержать жизнь с мужем? Смешно надеяться, что брак может быть счастливым в атмосфере равнодушия и недоверия.
— Я не могу пройти через это, — шептала она в тишину ночи, и слезы катились по ее щекам. — Я не могу выйти замуж за Данте.
Лейла попрощалась с матерью и Клео и отправилась в дорогу, которая заняла девять часов. Она ехала на двух автобусах, плыла на двух паромах и наконец села на борт водного такси, на котором и одолела последний отрезок пути до острова Эрнандо.
Сумерки сгущались, переходя в ночь. Впереди вырастал холм, усеянный точками огней. Приглушенный гул мотора водного такси почти не нарушал тишину воздуха. Море было спокойное. Только в дельте началась рябь от прошедшего судна.
— Мы почти на месте, мисс. — Шкипер сбросил скорость и показал налево. — Видите свет в конце мыса Флетчеров неподалеку от порта?
Утро казалось таким далеким, будто в другой жизни. Лейла рано вышла из дому и еще до девяти добралась до квартиры Данте. Оттуда она направилась в банк, потом к ювелиру. Когда она наконец вернулась домой, мать и Клео от волнения суетливо топтались на крыльце.