Адам Лесли нахмурился, потом сказал:
— Ладно, земля твоя.
— Когда мы прибудем в Эдинбург, надо будет сразу же увидеться с адвокатом, дабы официально заключить сделку. В Глепкирк я собираюсь прибыть уже хозяйкой.
— Хорошо. Я рекомендую обратиться к Фергюсу Мору. Он много лет имеет дела с семейством Лесли.
Джанет кивнула в знак согласия.
Судно бросило якорь, и матросы перекинули на берег трап. На борт корабля тут же устремилось несколько грузчиков. Адам Лесли предложил своей сестре руку:
— Ну что, Джанет, идем?
Поколебавшись несколько мгновений, она сделала шаг к сходням. В эту минуту на борт корабля ворвался высокий, элегантно одетый молодой человек. Промчавшись мимо Джанет, он заключил ее брата в медвежьи объятия с криком:
— Дядя Адам! Добро пожаловать в дом родной! Джанет Лесли почувствовала внезапную слабость в коленях. Пошатнувшись, она ухватилась за перила борта. Капюшон слетел с головы, открыв ее смертельно побледневшее лицо. Четырнадцать лет прошло, но она тем не менее узнала его.
— Карим… — тихо прошептала она.
Молодой человек обернулся так быстро, словно его ужалили. По лицу его разлилась бледность. Он замер на месте, пораженно уставившись на мать.
— Мама! — не своим голосом вскричал он. — Боже мой, мама!
Крепко обняв ее, он разрыдался.
— Ну, будет, — повторяла Джанет, гладя его по волосам. — Будет, мой маленький львенок. Я же обещала, что однажды мы снова будем вместе.
— Эти слова были сказаны шестилетнему ребенку, которого отослали из дома, — рыдая, проговорил он. — О, мама, если честно, я уж и не надеялся увидеть тебя снова! Я так скучал по тебе! Наконец Джанет отклонилась:
— Дайте мне посмотреть на вас, сэр Чарльз Лесли. Ты настоящий гигант и здорово походишь на своего деда!
Держа мать за плечи, Чарльз, казалось, не мог налюбоваться ею.
— А ты, мама, все такая же! Но скажи, как ты здесь оказалась?
— Я все расскажу тебе позже, сын, когда мы останемся наедине. Пока же знай, что мой отъезд прошел по той же схеме, что и твой. И никто, кроме твоего дяди, ничего обо мне не знает.
Сын кивнул, и тут его внимание привлекли две женщины, закутанные в плащи, которые только появились из каюты. С криком он бросился к ним, обнял ту, что была поменьше ростом, и со смехом закружил ее на месте:
— Мариан! И ты здесь!
Пожилая англичанка отчаянно закричала:
— Поставь меня сейчас же на место, детина! Он опустил ее и звонко чмокнул в обе щеки.
— О Господи, можно подумать, тебе до сих пор шесть лет от роду, — фыркнула Мариан, доставая носовой платок.
— Да и ты совсем не изменилась! Мариан дернула его за локоть: