— Извини, — шепнул я великану, когда оба рога демона воткнулись ему в грудь.
От неожиданности я выпустил из рук свое оружие и, застыв, наблюдал за схваткой. Демон яростно бил крыльями. Каллу стиснул его глотку и выдернул рога из своей груди, а потом зажал одно смертоносное острие в кулак и обломал словно обычную сосульку. Делон взвыл и вонзил когти в яремную вену, или туда, где она бывает у живых людей. Великан ответил могучим ударом в морду твари, отшвырнув ее к стене.
В гулкой пещере раздавались крики солдат, бегущих к тоннелю. Я нагнулся, поднял дерринджер и прицелился в голову демона. За миг до выстрела тот захлестнул хвостом ноги шахтера и подставил его под пулю. В черепе великана открылась дыра, его развернуло и отбросило к стене, а из открытого рта вылетела какая-то мелкая блестящая деталь. Демон метнулся ко мне. Я уже чувствовал, как его когти вспарывают мне щеки, когда Каллу дотянулся до крыла, рванул его к себе и обхватил пальцами горло. Демон извернулся, отбиваясь, и сбил меня с ног, зацепив хвостом лодыжки. Я упал навзничь и, падая, выстрелил прямо в морду чудовища. Мне казалось, что падение длится невероятно долго, и я махал руками на лету в поисках опоры. Когда над головой сомкнулась вода, стало ясно, что меня сбросило в реку.
Течение сразу подхватило меня, но левой рукой мне удалось ухватиться за крошечный выступ каменного русла и с минуту удерживать голову над водой. За это время солдаты добежали к дерущимся, и раздались крики: «Задница Харро!» и «Чтоб меня слопали!» — а потом тоннель охватило пламенем. Уходя под воду, я еще слышал вопли демона.
Я отчаянно бился, пытаясь вдохнуть, но быстрое течение бросало меня то о дно, то о стены русла, и я был бессилен. С меня сорвало плащ, и, провожая взглядом всплывающую в клочьях пены одежду, я успел еще раз вздохнуть, прежде чем меня ударило головой о какой-то выступ. Я потерял сознание, и мне сразу привиделось, что я мертв и капрал Маттер дневной вахты затаскивает мое тело в гробницу.
Потом потянулась вечность, и я чувствовал, как мое тело превращается в соль. Наконец открыв глаза, я уставился в голубое как сон небо. Дул теплый ветер, и вдалеке перекликались птицы. Я радовался, что смерть оказалась такой приятной, хотя чувствовал усталость, и все тело, избитое в каменном русле, мучительно ныло. Я лежал под голубым небом и думал в полусне: «Если бы знать, что это будет так»...
Подремав пару минут, я снова проснулся. Что-то отгородило меня от неба. Перед лицом трепетала бледно-зеленая материя. Я сосредоточился и понял, что это вуаль, скрывающая лицо.