- И я, - с жаром сказала я...
Да! Я тут кое-что ответила отцу, а после продолжила так:
- Но ярл нам говорил, что у него уже есть невеста, дочь руммалийского ярлиярла, а после он и мне еще рассказывал, что за ней дают очень большое приданое - пять руммалийских кораблей, доверху груженых золотом?
- Да, мой отец.
- А ее?
- Нет, мой отец. Да он, мне кажется, ее ни разу и не видел!
- Вот тебе и ответ. Но и это не все! Он преподнес тебе дары, он целовал тебя. И если после всего этого он явится обратно и не пожелает брать тебя в жены, то я незамедлительно отправлюсь к Аудольфу Законоговорителю и объявлю о тяжбе против Айгаслава!
А чтобы я не подумала, что это пустые слова, отец троекратно прикоснулся губами к лезвию обнаженного меча и призвал Винна в свидетели.
Но время шло, а Айгаслав не возвращался. Потом ушел и его кормчий. Я прекрасно понимала, что надежды на удачу нет почти что никакой, но все же отдала ему диргем. Кормчий исчез, диргем исчез. Акси сказал, что кормчему еще повезло - он рубит скалы молотом и, может быть, когда-нибудь и вырвется. А ведь его могло и просто в клочья разорвать - вот тогда бы его душа погибла навсегда.
А отец почернел и сказал:
- Это недобрый знак! Великий Винн не принял огненный диргем. Иначе говоря, он не желает нам помочь. И, значит, больше нам ярла не видеть!
А я сказала:
- Нет, это не так!
- Но почему?
- Потому что я верю в другое!
Отец хотел мне возразить... да передумал, промолчал - обнял меня и долго так держал. Я плакала. Отец меня не утешал. И это хорошо - иногда нужно плакать и плакать и плакать.
А ночью мне был сон: я видела, что ярл идет ко мне и улыбается. Я успокоилась.
Отец же с той поры, напротив, очень помрачнел. Потом он, как всегда, отправился в поход на морфов. Долго его не было! Когда же он вернулся и сказал, что возле Шапки Мира они оказались совершенно случайно, я промолчала, но была уверена: отец пришел туда, куда хотел прийти! Когда же он сказал, что бил мечом того, кто подошел к его костру и попросил поесть, я поняла, что мой отец прекрасно знал, кто перед ним - и мстил за Айгаслава! Я также поняла, что такое отцу не простится, и потому он очень скоро умрет. И он об этом знал. И говорил:
- Нам больше ждать нельзя. Ведь если я умру, а ты так и останешься незамужней, то Счастливый Фьорд достанется чужому человеку. Дочь моя, этого нельзя допустить! А посему ты должна немедленно выбрать себе жениха и, клянусь своим незапятнанным именем, я одобрю любой твой выбор, пусть даже ты назовешь того, с кем мы находимся в кровной вражде!