Я не мог позволить себе шуметь, стреляя в нового охранника. Прибой грохотал, ветер завывал, но эти звуки не заглушат выстрел из «беретты». А выстрел патроном «Бреннеке» из «Убедительного довода» не сможет заглушить ничто на свете. Поэтому я отступил на пару ярдов, положил «Убедительные доводы» на землю и снял плащ и пиджак. Затем снял рубашку и плотно намотал ее на левый кулак. Прижался голой спиной к стене и приблизился сбоку к окну. Ногтями пальцев правой руки тихо постучал в нижний угол стекла, там, где оно было закрыто занавеской. Снова и снова — слабые короткие дроби, которые выстукивает мышь, бегающая по потолку.
Мне пришлось проделать это четыре раза и я уже собирался повторить все в пятый, как вдруг краем глаза увидел, что свет в окне стал более тусклым. Это означало, что охранник встал с дивана и прижался лицом к стеклу, пытаясь разглядеть, какая маленькая зверюшка производит это беспокоящий его шум. Поэтому я сосредоточил внимание на том, чтобы правильно оценить его рост, и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, с размаха выбросил вперед обернутый материей кулак, разбивая вдребезги стекло и миллисекунду спустя нос охранника. Он как куль рухнул на пол рядом с подоконником, а я, просунув руку, отпер щеколду, распахнул окно и залез внутрь. Оглушенный охранник сидел на полу. Все его лицо было в крови из разбитого носа и от порезов об осколки. Он никак не мог прийти в себя. На диване лежал пистолет. До него охраннику было восемь футов. До телефонов — двенадцать. Тряхнув головой, он посмотрел на меня.
— Ты Ричер, — булькая кровью, сказал он.
— Точно, — подтвердил я.
— У тебя нет никаких шансов, — продолжал он.
— Ты так думаешь?
Охранник кивнул.
— Мы получили приказ стрелять на поражение.
— В меня?
Он снова кивнул.
— Кто получил?
— Все.
— Это приказ Ксавье?
Охранник опять кивнул. Пощупал рукой разбитый нос.
— И этот приказ будут выполнять? — спросил я.
— Можешь не сомневаться.
— А ты?
— Наверное, нет.
— Обещаешь?
— Наверное, да.
— Ну хорошо, — сказал я.
Я колебался, гадая, не задать ли охраннику пару вопросов. Вероятно, он окажется упрямым. Но я предположил, что смогу выбить из него все интересующие меня ответы. Впрочем, в конце концов я пришел к заключению, что эти ответы меня мало волнуют. Какая мне по большому счету разница, сколько в доме человек — двенадцать или пятнадцать, и чем именно они вооружены. Стрелять на поражение. Они или я. Поэтому я просто отступил в сторону, пытаясь придумать, как мне быть с охранником, но тут он сам принял за меня решение, нарушив свое слово. Оторвавшись от пола, охранник совершил бросок в направлении пистолета, лежавшего на диване. Я перехватил его мощным ударом левой в горло. Удар получился на славу, очень удачным. Но только не для охранника. Я проломил ему гортань. Охранник рухнул на пол, задыхаясь. Все произошло относительно быстро. Около полутора минут. Я ничем не мог ему помочь. Я не врач.