Вите привезла какую-то новую загадочную косметику: «Я открыла для себя этот ночной крем. В любые дни перед ним не устоит никакой Рафаэлло!»
Мещерского одарила тоже какой-то химией для чистки кастрюль:
«Великий Шайн – и ты победитель… ржавчины!»
Серому, как сказано выше, передала патроны: «Тебе их вечно не хватает, сам ведь не позаботишься».
Дальше такая «разблюдовка» пошла.
Анчар сказал, что он обиделся:
– Я такой кепок не стану носить. Я его на стенку повешу, стрелять в него буду.
Вита ничего не сказала, воспользовалась случаем еще раз поцеловать Женьку. Мещерский тоже чмокнул ее в щеку и побежал в кабинет испробовать состав для очистки амфор. По назначению, стало быть.
А я тоже обиделся. Как Анчар. Даже круче. Всем подарки, а мне орудия производства. И козлом обозвала.
– Пойдем, Анчар, в саклю. Напьемся в знак протеста.
– Да, правильно сказал. Только сначала положу камни в кепок. В море утоплю.
– Жалко, – сказал я. – Мы в нее гранаты сложим, штук тридцать войдет. Не топи. Давай лучше Женьку утопим.
Анчар долго думал, прикидывал – кого ему больше жалко. Нехотя согласился.
– Давай. Вместе. Один не смогу – заплачу.
– Саша! – заорала Женька, пятясь от нас. – Они меня обижают! Утопить хотят.
Мещерский появился в окне.
– Пусть топят. – Он потряс флаконом в восторге от эффективности его содержимого и безжалостно добавил: – Ты мне больше не нужна, свое дело сделала. Прощай, Женя…
После визита врача он совсем замкнулся, был закрыт для всего, кроме Виты, он даже за столом держал ее за руку. Вовремя Женька свалилась. Она его дни продлит, стало быть. У нее получится…
Женька печально склонила голову, покорно опустила руки.
– Я – за ноги, ты – за руки, – скомандовал я. – Берем!
Но не получился из нас с Анчаром коллективный Герасим.
Муму мгновенно сбросила туфли, взвилась в воздух – и каждый из нас получил полновесный удар пяткой в лоб.
Вита схватила Женьку за руку, и они убежали в дом – разбираться с «райским искушением Рафаэлло».
Мы переглянулись, медленно встали.
– Ладно, – признал поражение Анчар, нахлобучивая кепку, – буду носить. Пока она здесь. Рыжая! – крикнул он.
Дети малые. Враг на пороге, а они в салочки играют. Хотя самое время в «прятки» играть. С тенями в тумане…
Часть II
НА ХРЕНА МНЕ ЭТО НУЖНО!..
Поскольку Анчар объявил, что «обед будет на ужине», и забрал девочек помогать ему на кухне, а Мещерский плотно засел в кабинете, я без помех и грубого вмешательства в мои внутренние дела, вооружившись сигаретами, рюмкой, блокнотом, авторучкой АШ, кассетами и дневниковыми разработками Черного Монаха, продолжил свою аналитическую (красивое слово, да?) работу, тасуя факты как карты, когда раскладывается сложнозамысловатый пасьянс.