Шкипер играет прекрасно. «Иорикка» может гордиться своим мастером.
–Об английском окладе не было и речи, - говорит конокрад.
–Как не было? Я готов присягнуть.
Крупинку права, что мне осталась, я буду защищать до последнего вздоха.
–Присягнуть? Берегитесь, как бы вам не пришлось нарушить присягу. Я помню отлично, что я вам сказал и что вы мне ответили. У меня здесь на борту достаточно свидетелей, которые стояли подле меня, когда я вас нанимал. Я говорил об английских деньгах, но не об английском окладе. О нем я не упомянул ни единым словом.
Этот негодяй был прав. Он и вправду говорил об английских деньгах и даже не упомянул об английском окладе. Я же подразумевал под английскими деньгами английский оклад.
–Значит, и это в порядке, - сказал спокойно шкипер. - Вы, разумеется, получите свое жалованье в английских фунтах и шиллингах. За сверхурочные часы вы будете получать по пяти пенсов. Где же вы хотите уволиться?
–В ближайшей гавани.
–Это невозможно, - усмехаясь, сказал конокрад.
–Почему?
–Вы не имеете права, - говорит он. - Вы нанимались до Ливерпуля.
–Совершенно верно, - говорю я. - Ливерпуль и есть ближайшая гавань, в которую мы входим.
–Нет, - отвечает шкипер. - Мы декларировали Грецию, но я изменил первоначальный план и иду в Северную Африку.
Декларировать и в пути менять курс. Эй, разлюбезный друг, знаем мы эти махинации! Марокко и Сирия платят хорошую цену за контрабанду. Карася, переплывшего уже столько морей, не так-то легко обмануть. Мне не впервые иметь дело с контрабандистами.
–Вы мне сказали до Ливерпуля, а в Ливерпуле я могу уволиться! - кричу я в исступлении карманнику.
–Ни слова правды, шкипер, - говорит оборванец. - Я сказал ему, что у нас сборный товар для Ливерпуля и что он сможет уйти, когда мы будем в Ливерпуле.
–Тогда, значит, все в порядке, - подтверждает капитан. - У нас восемь ящиков сардин для Ливерпуля - товар, далеко не оправдывающий проездных расходов. Срок доставки - восемнадцать месяцев. Не стану же я из-за восьми ящиков сардин заходить в Ливерпуль. Это случайный груз, коносамент которого не должен стоить ни одного гроша. Если у меня будет еще груз, то я, разумеется, зайду в Ливерпуль уже в течение ближайших шести месяцев.
–Почему же вы не сказали мне сразу, что у вас за товар?
–Об этом вы не спросили, - возражает конокрад.
Превосходное общество. Контрабанда, фальсификация маршрута, мошеннические рейсы, подтасовка гаваней. В сравнении с этой бандой профессиональный морской разбойник был бы настоящим джентльменом. Быть морским разбойником не стыдно; если бы мне представилась эта возможность, я не отрекся бы ни от своего имени, ни от своей национальности. Но пребывание на этом корабле - такой позор, который мне нескоро удастся смыть.